Истинная молитва не может не обходиться дорого; предстояние пред Богом за людей, пронизанное любовью, предполагает внутреннее мученичество, нашу готовность принять страдание. Как говорит преподобный Силуан, "молиться за людей - это кровь проливать" (103); "кто больше любит, тот больше и страдает" . Недостаточно просто вычитывать списки имен; мы должны ходатайствовать о людях со слезами и скорбью. "Молиться за всех" значит "плакать обо всех" (это - из статьи еп. Каллиста(Уэра) http://kiev-orthodox.org/site/theology/785/)
...Сердце мое болит за весь мир, и молюсь, и слезы проливаю за весь мир, чтобы все покаялись.
И плачет душа моя за весь мир.
Господи, даруй мне проливать слезы за себя и за всю вселенную.
И так живут они. Приветливы и веселы, добры и сострадательны.
Отсюда пришло мне письмо - еще давно, но я размещаю его только сегодня, ради тех, кто молится о Яне. Сказать - что мы не одни, что сестра Павла, и ее братья и сестры во Христе, молятся о Яне тоже, и эта молитва поддерживала много раз слабую молитву мою, как будто сильный воин подставлял плечо сопливому, перепуганному новобранцу...
И опять - стихи Яны...
Чтобы помочь ей бороться с ее тяжелой болезнью, можно приобрести ее книжечку.
З. Г.
Есть в каждом празднике печаль,
Есть в каждой жизни умиранье,
И в сердце каждого страданье,
И в блеске мая скрыт февраль.
Но и в тревоге есть покой,
И в покаянии прощенье,
И есть в печали утешенье –
То встреча близкая с тобой.
+++
Берег дикий, берег вольный -
Ни жилища, ни огней,
То ли снег белеет, то ли
Мох стелится меж камней.
Чайки с криками чертили
Небо, таяли вдали,
В синь туманную манили,
В путь неведомый влекли.
Годы, годы ожиданья,
Бесконечные года.
...Здравствуй, друг, и до свиданья! -
Пуст причал, темна вода.
Не зови меня с собою,
Взмыть бы ввысь, да не могу -
Век корявою сосною
Мне стоять на берегу.
Берег дикий, берег вольный -
Ни жилища, ни огней,
То ли снег белеет, то ли
Мох стелится меж камней.
+++
Весну не тороплю,
Хоть смутным ожиданьем
Уж полнится душа, и февралю
Все тяжелее сохранять молчанье
Ручьев во льду, а за Москвой-рекой
Уже встревожен снеговой покой,
И бесприютность грязи городской
Едва терплю, - весну не тороплю.
+++
Зори, зори - небесное пламя,
Ночи северные светлоокие,
Белы росы, да травы высокие!..
Буду смертными славить устами
Сотворившего вся!
+++
Окно - как выцветший рисунок
На сгибе вытертых страниц:
Вот ветви – порванные струны –
Чернеют без листвы и птиц.
Так где же отголоски рая?
В прощальный вечер октября
Одни неслышно умирают,
Другие по небу летят.
Под тяжестью небесной влаги,
Уже начавшей леденеть
Дворы пусты, деревья наги,
И нечему уже лететь.
Так где же отголоски рая?
И как теперь увидеть мне
Того, о ком весь день рыдает
Виолончель в чужом окне?
Пасторалька.
Не грущу о прежнем -
Что о нем грустить?
Буду прясть прилежно
Шерстяную нить,
Буду после ткать я
Ткани из нее,
Шить простые платья,
Теплое белье.
Пряжей обернется
Белая кудель...
А в долине - солнце
И пастушья трель,
Бродят меж холмами
Овцы и пастух,
Чтобы мягкой тканью
Стал овечий пух.
«Жди!»
"Sint lumbi vestri praecincti et lucernae ardentes" (лат. - Лк.12,35)
Ужин давно на столе, масло долито в светильник,
Сладким багряным вином полон скудельный сосуд,
Хлеб полотенцем накрыт, шорохи вечера стихли.
Дверь, что прикрыта едва, не запирай на замок:
Там, где златая звезда зимнюю ночь освещает,
Там вдалеке по камням верные слушай шаги...
Яна... Замечательный человек, друг, христианка, ученый... Она больна. Пожалуйста, помолитесь!
Возможно, скоро выйдет ее книжечка "Феникс". Если кто-то захочет ее приобрести и тем самым помочь Яне - пишите мне.
Мудрые девы
Кончилось масло,
Пламя угасло.
Мудрые девы,
Сестры мои, где вы?
Как получилось,
Что разлучились
Правда и милость?
Солнце из глаз скрылось?
Как это сталось?
Где ваша радость?
Сухи и строги
Стали ваши дороги.
Где ваши свечи,
Где человечьи
Очи и речи?
Руки согреть нечем.
Пламя угасло,
Кончилось масло.
Мудрые девы,
Сестры мои, где вы?
Феникс
Ты плавишь золото во мне,
Мой голос медью золотится,
Мне суждено преобразиться
В стихии пламенной, в огне.
Слова Твои пылают, их
Все воды мира не угасят.
И пусть пока мой взор поник -
Я жду назначенного часа.
И пусть пока в студеной тьме
Мои глаза почти незрячи,
Но я им верю не вполне
И на груди прилежно прячу
Залог любви Твоей горящей,
Свой пламень дарующей мне.
Вотчина ста ветров -
Передо мною даль,
И лишь одна теперь
Есть у меня печаль -
Не угасить огня,
Не потушить свечу,
И путеводную
Не потерять звезду.
Узкой тропой идти,
Память одну храня...
Просить лишь: Господи,
не потеряй меня!
Господи, неужели
это еще не вечер?..
Ты так судил, а я
уже возжелела встречи...
Значит, еще не время
зреть времена и сроки,
Значит, легко бремя -
знай, извлекай уроки.
Значит, еще трудиться,
волчцы пожинать и тернии,
Только б не оступиться,
остаться Тебе верной!
Памятью благодарной
среди житейской ночи
Петь Свет безначальный,
славить Тебя, Отче!
13.12.2008
Подражание Псалмопевцу.
Слово Твое, Христе, да будет хлеб седцу моему на всякий час. И забудет оно горечь житейских бед и треволнений, страх и смятение забудет.
Сеющий в суете житейских попечений, на себя надеющийся пожнет скорбь. Вручивший себя Господу узнает радость.
Как младенец на руках матери вкушает сладкое молоко и возрастает в радости, так и уповающий на Господа, вкушает милость и утверждается в заповедях Господних, и возрастает к жизни нестареемой. Господь - веселие сердца его, и на делах его благословение Бога щедрого. Во искушениях и скорбях как Израиль посреди вод - пройдет невлажно, как отроки в пещи вавилонской - устоит и неопалится, ибо Господь хранит сердце его.
Господь колеблет основания гор, и крепче скал утверждает сердца верных. Бог наш вздымает пламя в сердцах звезд, и надеющимся на Него дарует мир. Ему покорны все волны и течения вод, и обильнее полноводной реки милость Его боящимся Его. Пред Ним трепещут все быстрые ветры, бури и грозы, полные сверкающих молний, любящим же Его Он дарует радость, которая не преходит во век.
Буди имя Господне благословенно отныне и до века!
6.12.2008
Что значит – я?
Что значит - я? Усталый выдох,
Признанье горькое в грехе,
Рука, зажатая в руке,
И сердца каменная глыба.
март 2007
Сонет
Что значит – я? Усталый выдох,
Признанье горькое в грехе,
Рука зажатая в руке,
И сердца каменная глыба.
Мне трудно притворяться умной,
И говорить свозь немоту.
Я – лист осенний на лету,
Я – мутный дождь в ночи безлунной,
Я – клок тумана над рекою...
Но снова слабою рукою
пишу слова в свою тетрадь,
Изнемогая повторять:
Еще не время для покоя,
Еще не время умирать.
Август 2008
Путь
Не о том прошу, чтоб миновать мою судьбу,
Дай мне, Боже, силы до конца пройти свой путь.
Если буря скроет небеса из глаз моих,
Дай мне не забыть Тебя и не сойти с пути.
Если взор померкнет, мир сокроется во тьме,
Если упаду, Ты помоги подняться мне,
Укрепи мой шаг, в моих глазах очисти муть.
Дай мне, Боже, силы до конца пройти свой путь…
2005
Жажда
Слишком гортань суха,
Слишком горьки слова,
С силой кулак разжат,
Губы мои дрожат:
Боже, услышь мольбы,
Дай мне Твоей воды!
Silentis.
Боюсь злословья и похвал,
Во всем – удобее молчанье.
Нет истины без тихой тайны,
Как девства нет без покрывал.
Когда уста я раскрывал,
И обнажал свои желанья,
Рождал душе одни страданья –
Язык – бряцающий кимвал.
Но Бог мой пламя угашал,
Я снова обретал молчанье,
И в удивленном замиранье
Священный дар Его вкушал.
Соната.
Allegro moderato
Пусть тело стонет,
Душе б, напротив,
Вздохнуть свободней
От бунта плоти.
Понять, полезней
Любых растений -
Мои болезни -
Мои ступени.
Шаги ускорив,
Всегда надеясь,
Memento mori,
Memento Dei!
Adagio
Сгорают свечи,
Цветам – увянуть.
Недолговечна
Людская память.
Нагой и страстной,
И одинокой
Душа предстанет
Пред ликом Бога.
Но и тогда мне,
Худой и грешной,
Будь, Милосердне,
Благой надеждой!
Spiritoso
Земля и память
светлы и тихи,
Их осеняют
родные лики.
Земные гости
Живущим вечно -
Опять приносим
Цветы и свечи...
Метанойя.
Прочь власть, прочь слава и богатство,
Прочь сладость липкая утех,
И гость обманчивый – успех…
Все - заколдованное царство,
Все - дым, все - прочь!..
И, прочь от всех!
. . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . .
За все, что было и приходит,
За то, что время унесет,
За переменчивость погоды,
За птиц трепещущий полет,
За солнце на соседской крыше,
За мягкий свет любимых глаз,
За этот миг, и каждый час,
За то, что мы друг друга слышим,
За тонкий месяц, и зарю,
За синь темнеющего неба,
За хрупкость тающего снега,
За вкус воды и сладость хлеба,
За жизнь и смерть благодарю!
"Смотрите, смотрите, вот зрелище нам:
Он дружбу свою предлагает богам -
Простец босоногий в одежде убогой!
Посмотрим, что скажут несчастному боги?.."
Тянулась к статуям худая рука,
И жгучее солнце глаза чудака
Нещадно слепило своими лучами,
А боги молчали... А боги молчали.
Нищие.
Эх, ма! Плюнут ль в рожу мне,
В спину ли,
Что ж теперь, только б камнем не...
Кинули.
Хлеба лучшего средь песка
не ищи,
Али мучает злость-тоска?
Нищие.
Масло - в светильник, жаркая копоть,
Новый пергамент, надо работать,
Надо успеть... Только, о Боже,
Что это значит?.. - холод по коже.
Топот, удары, возгласы, вновь
Топот, ступени. Скользкая кровь.
Лязги, солдаты, пьяные вопли...
После такого - солнце взойдет ли?
Утро окрасит серым вершины,
И, для кого-то - крик петушинный.
О чем поведать городу и миру?
Зачем стремится к высоте трибун?
Тиха моя задумчивая лира,
И робок голос сокровенных дум.
К чему нам, милый друг, земная слава?
Допьешь ее медовое вино -
Увидишь россыпь в радужном бокале
Кристаллов яда выпавших на дно.
Окно и дверь, пустые стены,
Квадрат немого потолка
Жизнь в ожиданье перемены,
И так длинна, и коротка.
К чему смотреть в окно с тревогой
На дождь, на жесть промокших крыш?
Да, сердце просится в дорогу,
Но от себя не убежишь.
Старик
Человек стоит на улице
И под небесами синими
Произносит звуки имени,
И от старости сутулится.
И не перескажешь памяти
Этой - прозой ли, стихами ли...
Пахнет вербою у паперти,
И весною предпасхальною.
Скрыто утро холодною мглой
И страстною скорбящею тенью,
Затихающий звон над Москвой
Спорит с поздней апрельской метелью.
Хоть немного еще пред Тобой
Я теперь постою на коленях,
Созерцая субботний покой
Всех надежд на одно Воскресенье.
«Жди!»
"Sint lumbi vestri praecincti et lucernae ardentes" (лат. - Лк.12,35)
Ужин давно на столе, масло долито в светильник,
Сладким багряным вином полон скудельный сосуд,
Хлеб полотенцем накрыт, шорохи вечера стихли.
Дверь, что прикрыта едва, не запирай на замок:
Там, где златая звезда зимнюю ночь освещает,
Там вдалеке по камням верные слушай шаги...
Яна больна и больна тяжело. Она нуждается в ваших моливах, друзья.
http://stihi.ru/avtor/aeris
а здесь - сияние славы Божией в ее фотографиях. Она так любит мир, творение Христа Бога...
http://aeris.gallery.ru/
Тих уснувший остров,
Птицы спят в лесу,
С неба смотрят звезды -
Звезды пьют росу.
Им она как чай, а
Где-то всплеск весла,
И вода речная
Лодку понесла.
Есть у речки тайна,
Ветер в тростнике
Ее шепчет нам на
Птичьем языке.
. . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . .
В дымке на востоке
Тонут огоньки,
Разминулись лодки
Посреди реки.
Ветка
Летнею порою
От порыва бури
Надломилась ветка,
Наклонилось долу.
А улегся ветер,
Выглянуло солнце,
И на бедной ветке
Приувяли листья.
В тишине зеленой
Жаловалась ветка:
"Ах, жестокий ветер,
Ты б меня не мучил,
Сразу бы на землю
На сырую бросил!
Там ручей прозрачный
Меж корней струится,
Может быть сумела
Я водой напиться,
И тогда мои бы
Не увяли листья!"
И упала ветка
В тишине зеленой
На сырую землю
Сброшенная ветром.
Дни бегут за днями,
Что же стало с нею,
Прежде молодою,
Сильною, зеленой?
Знала ль, что просила?
Корня не имея
Можно ли напиться
Влагою студеной?
Ни цветов, ни ягод,
Ни приюта птице,
Юных листьев зелень
Вся землею стала.
Птенец.
Что-то снилось, что-то пелось,
Что-то чудилось вдали,
И нужна была лишь смелость
Оторваться от земли,
Только верное моленье
Обращенных к небу глаз,
И окрепнет оперенье,
И взлетишь!..
Не в этот раз.
Свет расходится снопами из-за облака – смотри!
Это прячет лик крылами огнезрачными зари
Солнце...
Прежде чем увяну отцветающей травой,
О, открой мне, солнце, тайну угасанья твоего!
Прощай лето, твое тело
Спалит солнце огнем кленов,
Зерном спелым лети оземь -
Кому хлеб, а кому осень.
Не пой песен, не вей гнезда,
В сырой пепел швыряй звезды,
Рыдай ветром, лети вестью -
Кому сном, а кому смертью.
Снова север собирает
Туч холодные полки,
Что ж ты, отдыха не зная,
В даль глядишь из под руки?
Ждешь ли встречи долгожданной,
Дорогого гостя ждешь?
Над умолкшими полями
Только ветер, только дождь...
Все обозреть, все испытать,
Во всем на свете усомниться,
И в изумлении взирать
На человеческие лица.
Из дуновенья ветерка,
Из тишины иного царства
Выводит слабая рука
Слова на новые мытарства.
Я вызываю их из тьмы,
Из мрака предсуществованья,
И вот они уже полны
Тепла и влажного дыханья.
Мне власть чудесная дана:
Я нарекаю имена.
Стали холодными зори багряные,
Краткими хмурые дни.
Тайною тропкой, лесными полянами
К дому меня приведи.
Там за калиткою полуприкрытою
Тихий заброшенный сад,
И облетевшие, будто нездешние
Яблони наши стоят.
Тихих два слова,
Сила и слабость мои
Вашими стали!
Кто даст вам крылья,
Сквозь голоса всех ветров
Кто вас расслышит?
Знаю, за гранью времен
Вам не исчезнуть:
Слышны превыше небес
Тихих два слова.
Не при дороге,
Не в каменистых местах
Колос взрастает,
В новое лето
Плод свой приносит стократ
Золотом зерен...
Только бы сердце моё
Камнем не стало,
Только бы слово Твоё
В нём не погибло!
Прочь все сомненья!
Слышится в каплях дождя
Голос надежды.
Вызревшим зёрнам
Сладко укрыться в земле
Жажды не знавшей.
Будет напрасно над ней
Иволга плакать
О невозможности встреч
После разлуки.
Что за тревоги
Чуткое сердце томят
Зовом неясным?
В буре полночной
В темных кипучих волнах
Ты не погибнешь.
Радость настигнет тебя -
Там, где не знаешь
Берег лежит золотой
Залитый солнцем.
Перед рассветoм
Воздух прохладой налит
Капель хрустальных.
В утренней дымке
Над полусoнной землёй -
Гроздья росинок.
Телом горячим упасть
В дикие травы.
Переродиться и вновь
Взмыть в небо птицей.
