среда, 28 июля 2010 г.

Одно из моих любимейших мест у отца Антония Сурожского...

The  Apostles  left Christ to cross the sea of Genesareth. The weather
was  good,  the sea was calm, they hoped for a safe crossing. And then
the wind came down, and the storm abated, and the waves rose, and they
felt  that  the  little skiff in which they were crossing the Lake had
become a possible grave for them, a cold, watery grave. They fought as
they  could;  but they could do nothing against the raging sea and the
furious wind.

And  at that moment they saw Christ walking on the sea, walking on the
waters,  at  the very heart of the storm, in the eye of the hurricane.
And  they  cried  out  in  horror  because they thought, This could be
nothing  but  a  ghost — God could not be in the midst of the storm, a
storm  that  spelt death to them, destruction. If God was there, there
should  be peace, stillness, safety for themselves... And yet, God was
at the heart of the storm, as He is at the heart of all the historical
storm  which rages all around us and tosses us about, and frightens us
so much, and brings us to the brink of death.

And  they  cried in terror. And then, they heard a voice; a voice that
unmistakably that of Christ: It is I! — don't be afraid!

And  a degree of peace came upon them; and Peter turned to Christ, and
said,  If  it  is Thou — let me come to You on the waves!.. And Christ
said,  ‘Come! Enter into the storm, don’t try to escape it, don’t look
for  safety in this small, frail skiff that can be broken to pieces by
the waves, drowned — don't count on that! Walk into the storm, walk on
the raging waves!..

(русский текст немного отличается от английского)


….Ученики на ладье, на деревянном легком
судне отправились через море. Море казалось тихим, спокойным, а ночью
разразилась буря, поднялись волны, ветер стал гнать воду в их ладью, и
они почувствовали, что погибают.

И в этот момент, перед ними, в сердцевине этой бури стал Христос: не
где-то на берегу, в верном месте, но именно в том месте, где вся сила
бури сосредоточилась. Он встал, не подверженный бурям, победитель
бури, если только Он захочет ей приказать. Как в другом случае
Евангелия Он сказал волнам и морю: Успокойся! — и буря перестала.

Но апостолы не могли поверить, что Бог может быть в самой сердцевине
той бури, которая их так испугала, и которая может их разрушить,
погубить навсегда, навсегда — т. е. во времени, в истории. И они
подумали, что это призрак, что это не может быть Он, что где Бог, там
должен быть не только покой, но для них самих безопасность.

И Христос обратился к ним со словом: Это Я! Не бойтесь! Петр поверил
звуку Его голоса и попросил, чтобы Христос ему повелел по волнам , по
буре, через бурю, ветры и волны прийти к Нему, и Христос сказал:
Иди!.. И пока человек — Петр — глядел только на Спасителя,
Вседержителя Христа, он мог идти по волнам; он мог пройти через бурю,
— через бурю, которую представляет собой и история, и жизнь каждого
человека. Но вдруг он загляделся на бурю, он потерял из виду Бога — и
начал тонуть. И тогда он закричал: Господи! Спаси!.. И Господь
протянул руку, и спас его, но прибавил: Маловер! На мгновение ты
поверил — а потом твоя вера была поглощена страхом за себя. Забудь о
себе и стань Моим учеником! Возьми крест, последуй за Мной, куда бы Я
ни пошел.

пятница, 16 июля 2010 г.

Пять хлебов

Сегодня мы читали о насыщении толпы Христом. И чаще всего у отцов
Церкви и у духовных писателей читаешь об их чувстве изумления о
милосердии Божием и о власти Бога, Который мог напитать столько народа
столь малым, Который мог творить чудеса в мире, таком Ему чуждом,
когда хоть искра веры, хоть трещинка в броне нашего неверия позволяла
Ему действовать.


При чтении сегодня этого евангельского отрывка меня по-новому поразили
слова Христа. Ученики обращаются к Нему, чтобы Он отослал толпу,
потому что день на исходе, ближайшие селения далеко, люди ослабеют на
пути от усталости и ночных сумерек, если останутся дольше: а ведь они
не ели весь день, вслушиваясь в животворящее слово Христово.

И вот Христос говорит ученикам: Нет, им не нужно уходить, дайте вы им
есть... Но как они могут накормить такую толпу людей, мужчин, женщин и
детей, у них всего-то пять хлебов и две рыбки? И тут — вызов Христа
ученикам и вызов Христа нам. Да, в каком-то смысле один только Бог
может совершить это чудо, но только если мы со-действуем этому чуду
открытостью нашего сердца и открытостью наших рук, вложив в чудо всё,
что у нас есть. Христос не сказал ученикам: Сберегите то, что вам
нужно самим, и отдайте остальное, отдайте другим то, что останется; Он
сказал: Возьмите всё, что у вас есть, и отдайте всё.


Антоний, митрополит Сурожский

http://www.mitras.ru/serm.htm

воскресенье, 4 июля 2010 г.

Гор и Йоханнан.




Быль.

Это случилось весной в Египте – был ксанфик, он же – апрель.
(А в Камулодуне пела Елена, взирая на колыбель).
Давно это было – юный Макарий еще не ушел в пески,
И Афанасий складывал буквы, стоя у классной доски.
Из разного были они рода,  пришельцы из разных стран.
Старшего звали из них, Гором, а младшего - Йоханнан.
Йоханнан молился Богу по-сирски: «Иешу! Иешуа!»
… Они говорили на койне, но Гора по-коптски он звал: «Пайоат!»
 Гора отец был жрецом в Гелиополе, и дед его был жрецом,
А пращур беседы о Пта и о Соколе вел с греческим мудрецом.
«Греки, вы – дети, и нет средь вас мужа!» - вот так он сказал, и был прав.
Но выросли греки, и к Нисльским лужам однажды пришел Александр.
Он основал города, на койне мир говорить уча.
Но в асклепейонах и храме Сераписа не нашло для него врача.
…А Йоханнан был обычный парень – их в сирийских селах полно,
И он не знал о Пта и о Соколе, он узнал про римских орлов.
Его забрили, послали в Британию на Адрианов вал,
а он был быстр, и умом, и руками – и там он medicus стал.
Не знал он ни римской, ни греческой азбуки, но стрелы легко мог извлечь,
И приложить нехитрый бальзам, к тем ранам, что оставляет меч.
Так по земле Александра и Августа из края в край он прошел,
Был он простым солдатом, не более – что за речь про детей и про жен?
А Гор тоже был одиноким – вот так, на старости лет.
Жена с сыновьями его умерли, и он тогда дал обет,
В Александрию из Гелиополя придя  не из-за славы и стен,
Он пришел задать там вопросы, на которые долго отвечал ему Ориген.
Они говорили о Пта и о Соколе, а потом –  о Боге Живом,
«Да», - сказал Гор, «Осирис воскресший – не просто чудесный сон».
И он крестился, и встретил сирийца – а тот, усталый от ран,
Уже был выброшен из легиона с гордым именем «ветеран».
И поселились они вместе, и каждый был этому рад.
… Они говорили на койне, но Гора по-коптски он звал: «Пайоат!»
Они долго лечили вместе александрийскую голытьбу –
Гор был врачом, таким, что попавшие к нему благодарили судьбу,
Но он говорил – «Не молись Тюхе – бессильны созвездий круги!
Лишь Иисус отверзает очи, и ставит на обе ноги».
…Это случилось весной в Египте – был ксанфик, он же – апрель.
Они совершили мартирию – песню, что играет Христова свирель.
Из разного были они рода,  пришельцы из разных стран.
Старшего звали из них, Гором, а младшего - Йоханнан.

4 июля 2010






пятница, 25 июня 2010 г.

Феникс и Страстоцвет

Ты плавишь золото во мне,
Мой голос медью золотится,
Мне суждено преобразиться
В стихии пламенной, в огне.

Слова Твои пылают, их
Все воды мира не угасят.
И пусть пока мой взор поник -
Я жду назначенного часа.

И пусть пока в студеной тьме
Мои глаза почти незрячи,
Но я им верю не вполне
И на груди прилежно прячу
Залог любви Твоей горящей,
Свой пламень дарующей мне.

Яна Батищева

http://www.stihi.ru/2010/05/18/8180


... Сегодня стал известен диагноз. Да, это метастаз.
Если Вы хотите помочь, то книгу Яны еще можно купить. Связывайтесь со мной.
Спасибо за неравнодушие.

Ольга


воскресенье, 20 июня 2010 г.

Несущий огонь

<!-- /* Font Definitions */ @font-face {font-family:"Cambria Math"; panose-1:2 4 5 3 5 4 6 3 2 4; mso-font-charset:1; mso-generic-font-family:roman; mso-font-format:other; mso-font-pitch:variable; mso-font-signature:0 0 0 0 0 0;} @font-face {font-family:Calibri; panose-1:2 15 5 2 2 2 4 3 2 4; mso-font-charset:204; mso-generic-font-family:swiss; mso-font-pitch:variable; mso-font-signature:-1610611985 1073750139 0 0 159 0;} /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-unhide:no; mso-style-qformat:yes; mso-style-parent:""; margin-top:0cm; margin-right:0cm; margin-bottom:10.0pt; margin-left:0cm; line-height:115%; mso-pagination:widow-orphan; font-size:11.0pt; font-family:"Calibri","sans-serif"; mso-ascii-font-family:Calibri; mso-ascii-theme-font:minor-latin; mso-fareast-font-family:Calibri; mso-fareast-theme-font:minor-latin; mso-hansi-font-family:Calibri; mso-hansi-theme-font:minor-latin; mso-bidi-font-family:"Times New Roman"; mso-bidi-theme-font:minor-bidi; mso-fareast-language:EN-US;} .MsoChpDefault {mso-style-type:export-only; mso-default-props:yes; mso-ascii-font-family:Calibri; mso-ascii-theme-font:minor-latin; mso-fareast-font-family:Calibri; mso-fareast-theme-font:minor-latin; mso-hansi-font-family:Calibri; mso-hansi-theme-font:minor-latin; mso-bidi-font-family:"Times New Roman"; mso-bidi-theme-font:minor-bidi; mso-fareast-language:EN-US;} .MsoPapDefault {mso-style-type:export-only; margin-bottom:10.0pt; line-height:115%;} @page Section1 {size:612.0pt 792.0pt; margin:2.0cm 42.5pt 2.0cm 3.0cm; mso-header-margin:36.0pt; mso-footer-margin:36.0pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} -->

Несущий огонь.


Другими словами, всякая здравая история должна начинаться с существа, ни на что не похожего. Откуда оно взялось и откуда взялось все, что с ним связано, — решать не историкам, а богословам и философам. Мы знаем одно: человек отличался от всех других тварей, ибо творил сам. Тем ли способом или другим, в пещерной тьме природы возникло невиданное...


Г.К.Честертон. Вечный Человек


Как долго, как неизведанно и долго, рос человек перед Богом и находил жесты и символы, чтобы сказать и высказать перед Ним то, что желал он и чего чаял, и что было истинно и верно в очах Божиих, взирающих на него - на человека из сыновей Сифовых, тех древних людей истинной веры, которые жили до Авраама – во времени и в пространстве.


И тайна, открытая землепашцу – о воскресении зерна из земли, и тайна колеса - солнечного круга, уходящего и возвращающегося из глубин моря смерти,  и гигантских построек – жертвы силы от скудных человеческих сил Всесильному и Могущему воскресить – все это огромный ряд образов, «теней и гаданий», предчувствий и чаяний, составляющий религиозную жизнь людей, по меткому и горькому слову Исайи пророка,  людей с не-ожирелым сердцем.


Они искали Бога, они любили Бога, они ждали Бога, они стремились быть честны перед Богом. И Он обрел их, когда пришел в те дальние недосягаемые места, куда больше не сходит солнце, чтобы вынырнуть с ними из моря; куда не упадет зерно, чтобы пробиться вверх к небу колосом. Он стал человеком как они, и пришел к ним.


Но древнее всех этих образов и символов, образ, который отличал человека от его похожих и звероподобных родичей, и о котором так хорошо рассказал детям (о, если бы и взрослым!) в своей сказке-мифе Киплинг. Первый, древнейший образ религиозной связи с Богом, с Богом Дальним, Богом Сильным, Богом Небесным и Богом Призывающим – огонь.


Огонь, от которого бегут и тигры и шакалы. Огонь, к которому не может приблизиться ни мамонт, ни саблезубый тигр. Огонь – таинственное небесное вещество, которое может хранить лишь человек. И тысячи тысяч лет, без колеса и зерна, без письма и государства, этот символ – символ огня – был основным, глубочайшим и вернейшим, живым символом, живым словом, Священным Писанием древнего человека.


Огонь – с неба, огонь – на землю. Не оставлен человек, Бог Великий Небесный, Бог Далекий видит его, и дает ему хранить огонь. В религиозном экстазе, выступив за пределы своего смертного слабого естества,  превозмогая животный страх, приблизился кто-то – первый – преодолел он в себе трусливое животное – ради тайны Бога, преодолел в себе страх смерти – ради того, чтобы умереть, но коснуться тайны Бога, и коснулся, и не умер, и остался жить, и принес огонь, который никто, кроме него, не мог взять.


Бог дороже был ему жизни своей, и этим он выступил за границы, за которые не выступит ни один лев, ни один слон, ни одна обезьяна.


И только  тогда он стал – человеком, когда выбрал не животную жизнь, но смерть, чтобы коснуться дара от Бога. Дар от Бога – страшен, ибо он опаляет, и можно его не принять, можно бежать от него. Бежать и быть животным, в меру сытым, в меру счастливым, в меру удачливым, в принципе, неплохо устроенным, в-общем-то, порой радуясь незлым порывам своего ожиревшего сердца. Но – брать огонь, страшный Божий дар, дар Бога Неведомого Небесного? Это – опасно, это – не надо, разумные обезьяны так не поступают. Разумная обезьяна сохранит свой дом и свою крепость, а не будет подпаливать ее сомнительными Божьими дарами.


И он – тот первый – стоял и держал огонь, и он был с Богом, и Бог был с ним. И так велик был этот древний пророк, имя которого мы узнаем, когда совьется небо как свиток, что тысячи тысяч лет люди жили тем, что открылось ему. Такая мощь в этом символе, что его хватило не только на то, чтобы молиться – его хватило и на то, чтобы приготовить жертвенную пищу и вкушать от нее перед Богом, и для того, чтобы охотится на жертвенного животного, для того, чтобы жить, а не умирать. Но это не главное. И для пророка-огненосца это было не главным. Он осмелился принять дар и отдал его братии своей.


…Мы говорим, что Христос – Новый Моисей. Воистину, это так. Но не исполнились ли во Христе все великие прообразы, вся живая жизнь, весь порыв к Богу древнего и необъятного, и незнаемого нами человечества?


Он, грядущий на страсть, говорит и о зерне, которое умирает в земле, и о стаде. Но есть в Его словах – о, как сильна в них Его тоска и предощущение Страстей! – слова об огне.


"Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!" – передает слова Его апостол и евангелист из мира языческого, грек-сириец Лука (Лк.12:49). В мире, который не в силах более жить без Бога, но и не может взять дары Божии – ибо для этого надо умереть для себя, отвергнуться себя, очистить с сердца проклятое животное сало – в этом мире кто-то должен подхватить огонь.


И сделать это некому. Горевала об этом девочка Мариам – и Он утешил Ее, и стал Ее Сыном, и взял Ее плоть и кровь, и совершил дело, которое не могла и Она совершить. Божественный огонь коснулся пронзенных человеческих рук, и Он погрузился в смерть, отказавшись от всего.


Там был Он, в одиночестве с одинокими, и они не были более одиноки. Там встретил Он и Моисея, не вошедшего в Обетованную землю и Авеля, и дочь Иеффая.


Там встретил Он и первого огненосца, и узнали они друг друга. Древние люди были, право, прочнее, чем мы – как долго они могли ждать…


«Восстань, идем отсюда!»


Новое время пришло – здесь и навек. От первого огня с неба до Огня Крестного – миллионы лет. Миллионы лет для того, чтобы от девочки Мариам пришел Тот, чьи прекрасные дела предвосхищали люди, которых Он нашел в непроходной мгле, чтобы назвать своими друзьями и привести на Вечерю Царства.



суббота, 19 июня 2010 г.

О, где Его искать?

<!-- /* Font Definitions */ @font-face {font-family:"Cambria Math"; panose-1:2 4 5 3 5 4 6 3 2 4; mso-font-charset:1; mso-generic-font-family:roman; mso-font-format:other; mso-font-pitch:variable; mso-font-signature:0 0 0 0 0 0;} @font-face {font-family:Calibri; panose-1:2 15 5 2 2 2 4 3 2 4; mso-font-charset:204; mso-generic-font-family:swiss; mso-font-pitch:variable; mso-font-signature:-1610611985 1073750139 0 0 159 0;} /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-unhide:no; mso-style-qformat:yes; mso-style-parent:""; margin-top:0cm; margin-right:0cm; margin-bottom:10.0pt; margin-left:0cm; line-height:115%; mso-pagination:widow-orphan; font-size:11.0pt; font-family:"Calibri","sans-serif"; mso-ascii-font-family:Calibri; mso-ascii-theme-font:minor-latin; mso-fareast-font-family:Calibri; mso-fareast-theme-font:minor-latin; mso-hansi-font-family:Calibri; mso-hansi-theme-font:minor-latin; mso-bidi-font-family:"Times New Roman"; mso-bidi-theme-font:minor-bidi; mso-fareast-language:EN-US;} .MsoChpDefault {mso-style-type:export-only; mso-default-props:yes; mso-ascii-font-family:Calibri; mso-ascii-theme-font:minor-latin; mso-fareast-font-family:Calibri; mso-fareast-theme-font:minor-latin; mso-hansi-font-family:Calibri; mso-hansi-theme-font:minor-latin; mso-bidi-font-family:"Times New Roman"; mso-bidi-theme-font:minor-bidi; mso-fareast-language:EN-US;} .MsoPapDefault {mso-style-type:export-only; margin-bottom:10.0pt; line-height:115%;} @page Section1 {size:612.0pt 792.0pt; margin:2.0cm 42.5pt 2.0cm 3.0cm; mso-header-margin:36.0pt; mso-footer-margin:36.0pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} -->

На мелодию из оперы Бизе «Искатели жемчуга».


Совместно Ольга Джарман и Яна Батищева.


 


О, где Его искать?


Весенний сад и гроб пустой.


О, где Его искать?


Зачем снята с него печать?


О, где Его искать?


Весенний сад и гроб пустой.


Зачем снята с него печать?


Скажи, скажи, Садовник – где Учитель мой?


 


Мария, обернись –


Весенний ветер плавит лёд.


Мария, обернись –


Взор возведи от гроба ввысь.


Мария, обернись –


Весенний ветер плавит лёд.


Взор возведи от гроба ввысь –


Учитель здесь, Он жив, и Он тебя зовёт!


 


18 июня 2010