воскресенье, 20 июня 2010 г.

Несущий огонь

<!-- /* Font Definitions */ @font-face {font-family:"Cambria Math"; panose-1:2 4 5 3 5 4 6 3 2 4; mso-font-charset:1; mso-generic-font-family:roman; mso-font-format:other; mso-font-pitch:variable; mso-font-signature:0 0 0 0 0 0;} @font-face {font-family:Calibri; panose-1:2 15 5 2 2 2 4 3 2 4; mso-font-charset:204; mso-generic-font-family:swiss; mso-font-pitch:variable; mso-font-signature:-1610611985 1073750139 0 0 159 0;} /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-unhide:no; mso-style-qformat:yes; mso-style-parent:""; margin-top:0cm; margin-right:0cm; margin-bottom:10.0pt; margin-left:0cm; line-height:115%; mso-pagination:widow-orphan; font-size:11.0pt; font-family:"Calibri","sans-serif"; mso-ascii-font-family:Calibri; mso-ascii-theme-font:minor-latin; mso-fareast-font-family:Calibri; mso-fareast-theme-font:minor-latin; mso-hansi-font-family:Calibri; mso-hansi-theme-font:minor-latin; mso-bidi-font-family:"Times New Roman"; mso-bidi-theme-font:minor-bidi; mso-fareast-language:EN-US;} .MsoChpDefault {mso-style-type:export-only; mso-default-props:yes; mso-ascii-font-family:Calibri; mso-ascii-theme-font:minor-latin; mso-fareast-font-family:Calibri; mso-fareast-theme-font:minor-latin; mso-hansi-font-family:Calibri; mso-hansi-theme-font:minor-latin; mso-bidi-font-family:"Times New Roman"; mso-bidi-theme-font:minor-bidi; mso-fareast-language:EN-US;} .MsoPapDefault {mso-style-type:export-only; margin-bottom:10.0pt; line-height:115%;} @page Section1 {size:612.0pt 792.0pt; margin:2.0cm 42.5pt 2.0cm 3.0cm; mso-header-margin:36.0pt; mso-footer-margin:36.0pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} -->

Несущий огонь.


Другими словами, всякая здравая история должна начинаться с существа, ни на что не похожего. Откуда оно взялось и откуда взялось все, что с ним связано, — решать не историкам, а богословам и философам. Мы знаем одно: человек отличался от всех других тварей, ибо творил сам. Тем ли способом или другим, в пещерной тьме природы возникло невиданное...


Г.К.Честертон. Вечный Человек


Как долго, как неизведанно и долго, рос человек перед Богом и находил жесты и символы, чтобы сказать и высказать перед Ним то, что желал он и чего чаял, и что было истинно и верно в очах Божиих, взирающих на него - на человека из сыновей Сифовых, тех древних людей истинной веры, которые жили до Авраама – во времени и в пространстве.


И тайна, открытая землепашцу – о воскресении зерна из земли, и тайна колеса - солнечного круга, уходящего и возвращающегося из глубин моря смерти,  и гигантских построек – жертвы силы от скудных человеческих сил Всесильному и Могущему воскресить – все это огромный ряд образов, «теней и гаданий», предчувствий и чаяний, составляющий религиозную жизнь людей, по меткому и горькому слову Исайи пророка,  людей с не-ожирелым сердцем.


Они искали Бога, они любили Бога, они ждали Бога, они стремились быть честны перед Богом. И Он обрел их, когда пришел в те дальние недосягаемые места, куда больше не сходит солнце, чтобы вынырнуть с ними из моря; куда не упадет зерно, чтобы пробиться вверх к небу колосом. Он стал человеком как они, и пришел к ним.


Но древнее всех этих образов и символов, образ, который отличал человека от его похожих и звероподобных родичей, и о котором так хорошо рассказал детям (о, если бы и взрослым!) в своей сказке-мифе Киплинг. Первый, древнейший образ религиозной связи с Богом, с Богом Дальним, Богом Сильным, Богом Небесным и Богом Призывающим – огонь.


Огонь, от которого бегут и тигры и шакалы. Огонь, к которому не может приблизиться ни мамонт, ни саблезубый тигр. Огонь – таинственное небесное вещество, которое может хранить лишь человек. И тысячи тысяч лет, без колеса и зерна, без письма и государства, этот символ – символ огня – был основным, глубочайшим и вернейшим, живым символом, живым словом, Священным Писанием древнего человека.


Огонь – с неба, огонь – на землю. Не оставлен человек, Бог Великий Небесный, Бог Далекий видит его, и дает ему хранить огонь. В религиозном экстазе, выступив за пределы своего смертного слабого естества,  превозмогая животный страх, приблизился кто-то – первый – преодолел он в себе трусливое животное – ради тайны Бога, преодолел в себе страх смерти – ради того, чтобы умереть, но коснуться тайны Бога, и коснулся, и не умер, и остался жить, и принес огонь, который никто, кроме него, не мог взять.


Бог дороже был ему жизни своей, и этим он выступил за границы, за которые не выступит ни один лев, ни один слон, ни одна обезьяна.


И только  тогда он стал – человеком, когда выбрал не животную жизнь, но смерть, чтобы коснуться дара от Бога. Дар от Бога – страшен, ибо он опаляет, и можно его не принять, можно бежать от него. Бежать и быть животным, в меру сытым, в меру счастливым, в меру удачливым, в принципе, неплохо устроенным, в-общем-то, порой радуясь незлым порывам своего ожиревшего сердца. Но – брать огонь, страшный Божий дар, дар Бога Неведомого Небесного? Это – опасно, это – не надо, разумные обезьяны так не поступают. Разумная обезьяна сохранит свой дом и свою крепость, а не будет подпаливать ее сомнительными Божьими дарами.


И он – тот первый – стоял и держал огонь, и он был с Богом, и Бог был с ним. И так велик был этот древний пророк, имя которого мы узнаем, когда совьется небо как свиток, что тысячи тысяч лет люди жили тем, что открылось ему. Такая мощь в этом символе, что его хватило не только на то, чтобы молиться – его хватило и на то, чтобы приготовить жертвенную пищу и вкушать от нее перед Богом, и для того, чтобы охотится на жертвенного животного, для того, чтобы жить, а не умирать. Но это не главное. И для пророка-огненосца это было не главным. Он осмелился принять дар и отдал его братии своей.


…Мы говорим, что Христос – Новый Моисей. Воистину, это так. Но не исполнились ли во Христе все великие прообразы, вся живая жизнь, весь порыв к Богу древнего и необъятного, и незнаемого нами человечества?


Он, грядущий на страсть, говорит и о зерне, которое умирает в земле, и о стаде. Но есть в Его словах – о, как сильна в них Его тоска и предощущение Страстей! – слова об огне.


"Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!" – передает слова Его апостол и евангелист из мира языческого, грек-сириец Лука (Лк.12:49). В мире, который не в силах более жить без Бога, но и не может взять дары Божии – ибо для этого надо умереть для себя, отвергнуться себя, очистить с сердца проклятое животное сало – в этом мире кто-то должен подхватить огонь.


И сделать это некому. Горевала об этом девочка Мариам – и Он утешил Ее, и стал Ее Сыном, и взял Ее плоть и кровь, и совершил дело, которое не могла и Она совершить. Божественный огонь коснулся пронзенных человеческих рук, и Он погрузился в смерть, отказавшись от всего.


Там был Он, в одиночестве с одинокими, и они не были более одиноки. Там встретил Он и Моисея, не вошедшего в Обетованную землю и Авеля, и дочь Иеффая.


Там встретил Он и первого огненосца, и узнали они друг друга. Древние люди были, право, прочнее, чем мы – как долго они могли ждать…


«Восстань, идем отсюда!»


Новое время пришло – здесь и навек. От первого огня с неба до Огня Крестного – миллионы лет. Миллионы лет для того, чтобы от девочки Мариам пришел Тот, чьи прекрасные дела предвосхищали люди, которых Он нашел в непроходной мгле, чтобы назвать своими друзьями и привести на Вечерю Царства.



Комментариев нет:

Отправить комментарий