воскресенье, 29 ноября 2009 г.

Верьте, что получите. Возложивший руку на плуг. Благословение во Христе.

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший
нас во Христе всяким духовным благословением в небесах, так как Он
избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны
пред Ним в любви.
   Послание к Ефесянам 1:3-4


За этим благословением апостола Павла стоит очень глубокое богословие. Падшая «адамова» человеческая природа не в состоянии вместить «всякое духовное благословение» от Бога, но Сын Божий, воплотившись, став Сыном Человеческим, несет в Себе иную, безгрешную, «Христову» человеческую природу, и поэтому именно в Нем Бог благословляет людей вечным («в небесах») благословением. Прежде создания мира Бог, замыслив человека как существо, обладающее свободой, предусмотрел на случай нашего грехопадения спасительный подвиг Христа во плоти пришедшего, так чтобы мы, соединяясь верой со Христом, становились причастными Его безгрешной природе и, следовательно, святыми и непорочными и исполненными любви. Тем самым, для нас, уверовавших в Его пришествие, в Его Рождество, к празднованию которого мы сейчас готовимся, оказывается открытым избранничество Божие, а первой из всего избранного человечества становится Та, Которая уверовала первой, — Пресвятая Богородица.
http://www.bible-center.ru/note/20091119/main



+++
   Иисус же, услышав это, сказал им: не здоровые имеют нужду во враче,
но больные, пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы?
Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию.
   Евангелие от Матфея 9:12-13


Эти слова — свидетельство величайшей милости Божией. Это мы, люди, рассуждаем о своих отношениях с Богом в терминах достоинства и недостоинства. Сам же Господь отлично знает, что мы из себя представляем, и именно к таким людям, именно к нам, Он и пришел. Не потому, что мы достойны Его милости и не потому, что можем воздать Ему что-то, но только потому, что мы нуждаемся в Нем.
Мы часто спрашиваем: «где Бог?», обижаясь на Него за то, что Он бросил нас в наших страданиях. Нет, Он нас не бросил, хотя мы ничем этого не заслужили. Но есть радикальное отличие того, что Он делает от того, что мы ждем от Него. Мы ожидаем, что Бог будет исправлять обстоятельства нашей жизни, чтобы все у нас было хорошо. Господь же говорит, что Он пришел призвать нас к покаянию, т.е. исправлять не обстоятельства жизни, а нас самих.
http://www.bible-center.ru/note/20091116/main

+++


   Но Иисус сказал ему: никто, возложивший руку свою на плуг и
озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия.
   Евангелие от Луки 9:62


В Библии есть много примеров такой «оглядки назад»: жена Лота, Израиль во время Исхода... Мы ищем идеалы в прошлом, не осознавая, что Царство Божие — всегда здесь и впереди. Позволю себе процитировать одно место из книги современного автора (Ричард Рор): «Благая весть всегда указывает в будущее, на некое новое место, в землю обетованную. Она никогда не обращена назад. Но ирония христианской истории состоит в нашей привычке обращаться назад и говорить: «Вот раньше были чудеса. Это раньше Бог был Богом, это тогда жили великие пророки. Это в средние века были великие святые...» По этой иронии, Слово Божье из освобождающей силы превратилось в силу охранительную. Из-за того, что мы не прислушивались по-настоящему к Слову Божьему, мы стали заниматься религиозной гимнастикой и потеряли соприкосновение с силой Божьего Слова».


http://www.bible-center.ru/note/20091126/main

+++


Потому говорю вам: всё, чего ни будете просить в молитве, верьте,
что получите,- и будет вам.
   Евангелие от Марка 11:24


Вот замечательный пример того, к чему может привести выдергивание цитат, даже из Евангелия, даже из слов Христа,  — из контекста, в котором они находятся. Люди, прочитывающие этот стих, практически обязательно с недоверием переспрашивают: «Как это так? А если я буду просить — веря, что получу, — скажем, о смерти своего врага? Тоже сбудется?» Но Христос здесь не говорит, о чем просить можно, а о чем — нет, Он говорит о том, как просить; Он говорит о силе веры в молитве, а не о том, на что молитва должна быть направлена. Об этом тоже есть, но в другом месте (см. Мф. 7:11; Лк. 11:13). Мы читаем так, как будто хотим не понять Христа, а поймать Его на слове. А Он старается научить нас доверию, умению жить не тем, что уже произошло, а тем, что происходит прямо сейчас, в этот самый момент нашего общения с Богом.



пятница, 27 ноября 2009 г.

На каком языке молился Спаситель?

«Завтра я, наконец, узнаю, на каком языке говорил Спаситель». (Слова историка В.В. Болотова перед смертью)
Читать далее:


http://www.pravmir.ru/na-kakom-yazyke-molilsya-iisus-xristos/


Милости, а не жертвы. Кир.

Пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы? Ибо Я


пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию.


   Евангелие от Матфея 9:13


 


Разве жертва не является выражением любви? Ведь всякая жертва — это отдача части своей жизни: в виде имущества, денег, времени. Отдача своей жизни — разве это не любовь? Посмотрим с другой стороны. Некий муж каждый год дарит жене на годовщину свадьбы шикарный букет роз, а во все остальные дни — гуляет от нее напропалую. Не вправе ли жена воскликнуть: «Любви хочу, а не букета!»? Хуже всего, если муж при этом еще считает, что у него все в порядке, и не понимает, чем жена недовольна, — ведь он дарит букеты. Невозможно призвать к покаянию того, кто не видит своего греха, кто сам себя оправдывает.


http://www.bible-center.ru/note/20091117/main


+++


комментарий к Осии


http://www.bible-center.ru/note/20070614/odp3

Ос 5:1-6:11


Бог раскрывает Свое сердце: «Милости хочу, а не жертвы». Возможно, это вершина откровения, данного через пророка Осию. Жертвоприношения, добрые дела, исполнение заповедей — все это имеет смысл, только если за этим стоит наша любовь не к себе, а к другому — Богу, человеку... Не «стремление к высоким достижениям», не «исполнение долга», а любовь, которая «не ищет своего» (1 Кор. 13:5) и которая оказывается реализацией свободы Духа Божьего.


+++


Ради Иакова, раба Моего, и Израиля, избранного Моего, Я назвал тебя


по имени, почтил тебя, хотя ты не знал Меня.


   Книга пророка Исаии 45:4


 


Эти слова обращены к персидскому царю Киру, который, завоевав Вавилон, отпустил пленных иудеев на родину; так закончился Вавилонский плен. Единственный язычник в Библии, названный «помазанником», Кир исполнил волю Божию, хотя и не знал Бога. Зато Бог знал его, и знал «по имени», то есть всю его сокровенную сущность. Потому что язычник Кир — возлюбленное творение Божие, как и каждый человек. И вот отношение Бога к не знающему Его человеку: «Я... почтил тебя».


Бог знает нас... Власть Его простирается на нашу жизнь, не нарушая нашей свободы, но и не выпуская никого из Своей спасительной десницы. Поразительная милость, на которую способен только Отец.


Бог почитает нас... Не только верующих, знающих Его, но и неверующих.


http://www.bible-center.ru/note/20091118/main


+++


Пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы? Ибо Я


пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию.


   Евангелие от Матфея 9:13


 


Сегодняшнее чтение посвящено одной из важнейших в Библии тем — теме прощения грехов. С одной стороны, мы видим ропот фарисеев, недовольных тем, что Иисус прощает грехи от Своего имени, при том, что это может сделать только Бог (ст. 2 – 7). С другой стороны, мы видим Иисуса, остановившегося в доме сборщика налогов, грешника, которому, как считалось в те времена, не было и не могло быть прощения (ст. 9 – 11). Сам Иисус разрешает недоумение фарисеев ссылкой на пророка Осию (ст. 13; ср. Ос 6:6). А между тем, эти события открывают нам одну из важнейших особенностей Царства, входящего в мир: оно позволяет каждому начать с чистого листа всё, и прежде всего свои отношения с Богом. С точки зрения традиционной иудейской религиозности того времени, некоторые грехи Бог не прощает человеку никогда. Собственно, и ветхозаветное религиозное законодательство не допускало возможности очищения от греха в том случае, если грех совершался вполне сознательно и вполне добровольно. Последствия такого греха довлели над человеком даже в случае последующего раскаяния; они сковывали человека, подобно цепи, освободиться от которой можно было лишь ценой нарушения фундаментальных законов и принципов мироздания. Истина эта была в древности известна всем народам, язычники знали о ней не хуже евреев, и выхода из порочного круга, порождённого греховными поступками, они или не видели вовсе, или искали его на пути развоплощения, полного освобождения духовного начала от власти материи. А Иисус говорит о другом: он говорит о Царстве, где законы падшего мира не действуют, и потому всё начинается с чистого листа. Тому, кто входит в Царство, прощается любой грех, и не потому, что в Царстве грех перестаёт быть грехом, а потому, что в Царстве только выбор человека, сделанный здесь и теперь, определяет для него всё: и отношения с Богом, и отношения с другими людьми, и качество духовной жизни. В падшем мире у всякого есть своя биография, а в ней — свои тёмные и светлые страницы, распределённые во времени; в Царстве у каждого есть лишь одна страница, первая и последняя, которая может стать и светлой, и тёмной. Пока Царство ещё не раскрылось во всей полноте, страница остаётся недописанной; когда Спаситель вернётся, он прочитает её, какой бы она ни оказалась в момент Его возвращения. Входящему в Царство прощаются все грехи. В этом прощении великая свобода и великая ответственность.


http://www.bible-center.ru/note/20090417/odp1





среда, 25 ноября 2009 г.

Григорий Сковорода."Христос есть сам Авраамов сын, Исаак, то есть смех, радость и веселье, сладость,

"Кто видал, что язык радуется? Тот, кто узнал себя. И конечно, что бедные нимало
не вникнули внутрь себя, которые Христа с его друзьями называют меланхоликом.
Отсюда родится и несмышленый тот вопрос: смеялся ли когда Христос? Сей вопрос
весьма схож с премудрым сим: бывает ли когда горячее солнце? Что ты говоришь?
Христос есть сам Авраамов сын, Исаак, то есть смех, радость и веселье, сладость,
мир и празднество... Сердце человеческое, премудрости закона Божиего просвещенное,
подобно кореню дерева, насажденного при источниках вод, а законопреступник есть
проклятая смоковница. Какая польза лист снаружи зеленеющий, если корень жизненного
напоения лишается? Скоро он отпадает. Какая весёлость, если поверхний смех разводит
челюсти, открывая зрителям зубы твои, а сердце твое сжимается тою тугою, о кторой
сказано: "Не радоваться нечестивым"? Распространи сердце твое, отвори внутренние
уста с Давидом: "Уста мои отворил и привлек дух". В то время и без наружной улыбки
всегда внутри смеяться будешь с Саррою: "Смех мне сотвори, Господи". И с Давидом:
"Дал ты веселие в сердце моем". Если сердце может тайно говорить, то можно ему
тайно и смеяться. В то время уподобишься зимнему дереву без листьев. Но они
утаились в корене, сохраняемом тою жизненною водою, о которой Приточник: "Вода
глубокая - совет в сердце мужа". И Давид: "Помышления сердца его в род и род".
А без сего не ты сам, но одна только мертвая уст твоих кожа улыбается. И такого
смеха может ли быть что противнее, лицемернее и невкуснее? Вот родной смех!
Послушай: "Возрадовался духом Iисус..." Вот Самуилова мать смеётся по правде:
"Расширились уста моя на врагов моих, возвеселилася о спасении Твоем..."
Вот точно смеется Павел: "Уста наши отворились к вам, коринфяне. Сердце наше
распространилось. Распространитесь и вы". Вот и Давидова улыбка: "В скорби
распространил меня Ты, расширил Ты сердце мое". Но то дивно, что и самые его
следы расширяются: "Расширил ты шаги мои..." Будто и самые следы его расширяются
и его ступни смеются с ним" ("Асхань").

http://origenic.livejournal.com/



Гомилии на Песнь Песней Оригена

"В Песни не раз описываются такие вещи, которые невозможно понять, не пережив самому. Бог свидетель, я часто чувствовал, что Жених грядет ко мне, что Он уже здесь, рядом со мной; но так же внезапно Он исчезал, и я не знал, где Его искать. Желаю нового Его прихода – и иногда Он является вторично: но когда уже вижу Его и могу коснуться руками, Он снова ускользает и снова возвращается, и так много раз, пока, наконец, я не удержу Его и не взойду ввысь, опираясь на Возлюбленного моего (Песн. 8: 5)."


Ориген. Гом. на П.П. 1,7.

(нашла в ЛиРу у Isolophey)



Мефодий Патарский (+312)


Нѣкоторые, измѣряя Бога мѣрою собственнаго настроенія, думаютъ, что Онъ считаетъ достойнымъ похвалы или достойнымъ порицанія тоже, что и дурные люди, руководясь мнѣніями человѣческими какъ бы правиломъ и мѣрою; но они не понимаютъ, по присущему имъ неразумію, что всякая тварь нуждается въ красотѣ Божіей. Онъ самъ, по всецѣлой сущности и природѣ своей, Словомъ своимъ привлекаетъ все къ жизни. Желаетъ ли Онъ благого, Онъ, будучи самъ благомъ, останавливается на Самомъ Себѣ; вожделѣнно ли для него прекрасное, Онъ, будучи Самъ единымъ прекраснымъ, взираетъ на самого себя, вмѣняя въ ничто предметы удивленія людей. По истинѣ прекраснымъ и похвальнымъ должно называть то, что Самъ Богъ признаетъ прекраснымъ, хотя бы оно унижалось и осмѣивалось всѣми, а не то, что считаютъ (такимъ) люди. Посему, если Онъ благоволилъ этимъ знаменіемъ освободить души отъ пагубныхъ страстей, постыдивъ полчища демоновъ, то надобно принимать, а не злословить его, какъ данное для освобожденія и разрѣшенія отъ узъ, постигшихъ насъ за преслушаніе. Ибо Слово пострадало, пригвоздившись ко кресту плотію, чтобы разслабленнаго заблужденіемъ человѣка возвести къ горьнему и божественному величію, возвративъ его къ божественной жизни, которой онъ прежде былъ лишенъ. Этимъ знаменіемъ притуплены страсти, совершилось страданіе страстей чрезъ страданіе (Христа), и смерть смерти чрезъ смерть (Іисуса Христа), который не былъ удержанъ смертію и не былъ сокрушенъ страданіемъ. Ибо ни страданіе совершенно не сразило его, ни смерть не причинила Ему вреда, но Онъ оставался и въ страдательномъ состояніи безстрастнымъ, и въ смертномъ безсмертнымъ, объемля все, что въ воздухѣ и въ срединѣ и вверху, и соединивъ смертное съ безсмертнымъ Божествомъ. Смерть совершенно побѣждена распятіемъ плоти (Христовой) на знаменіи безсмертія
(Из книги "Против Порфирия", II)



Мефодий Патарский о силе Христа

Мефодий Патарский о силе Христа

У Него была на это сила; ибо силѣ свойственно какъ сокращаться въ маломъ и уменьшаться, такъ и расширяться въ великомъ и увеличиваться. Если бы для Него возможно было расширяться въ великомъ и увеличиваться, а сокращаться въ маломъ и уменьшаться невозможно, то Онъ не былъ бы силою; ибо, если ты скажешь, что для какой-нибудь силы одно возможно, а другое невозможно, то ограничивая ее не допускаешь, что она есть сила, какъ немощная по отношенію къ тому, что для нея невозможно. Кромѣ того, Онъ не будетъ имѣть и превосходства Божества въ сравненіи съ измѣняющимися и случайными свойствами животныхъ, по которымъ они что могутъ дѣлать, то дѣлаютъ, а чего не могутъ, отъ того отступаютъ. Посему Сынъ Божій безпрепятственно вмѣстился въ человѣкѣ, потому что для Него это не было невозможнымъ, равно какъ тою же силою Онъ пострадалъ, оставаясь безстрастнымъ, и умеръ, даруя безсмертіе смертному. Тѣло, ударяемое или разсѣкаемое другимъ тѣломъ, настолько ударяется или разсѣкается, на сколько ударяющее ударяетъ и разсѣкающее разсѣкаетъ; ибо ударъ бываетъ вслѣдствіе сопротивленія предмета ударяющему, когда оба они, и дѣйствующій и подвергающійся дѣйствію, находятся въ одинаковомъ дѣятельномъ состояніи. Если же разсѣкаемое не будетъ сопротивляться разсѣкающему хотя въ малой степени, то разсѣкающее не въ состояніи будетъ разсѣкать. Такъ, если какое-нибудь тѣло не будетъ сопротивляться удару меча, а будетъ совершенно уступать ему, то дѣйствіе его остается недѣйствительнымъ, подобно тому какъ бываетъ и съ тончайшими тѣлами — огнемъ или воздухомъ; направленное на нихъ дѣйствіе твердѣйшихъ тѣлъ разрѣшается и остается недѣйствительнымъ. Если же огня или воздуха не можетъ ранить и разсѣчь камень, или желѣзо, или дерево, или что-нибудь другое, чѣмъ люди пользуются для убіенія другъ друга, по причинѣ его неуловимой и тончайшей природы, то не тѣмъ ли болѣе Премудрость осталась неуязвимою и безстрастною, не терпѣвшею ни отъ чего никакого зла, хотя она и была присуща ударяющему и пригождаемому тѣлу, будучи сама высшею и чистѣйшею всякой другой природы, кромѣ родившаго ее Бога?

(из Газофилакии - Сокровищницы христианских неоплатоников) http://community.livejournal.com/gazophilakia/ размещено origenic)

понедельник, 23 ноября 2009 г.

Бог, благословивший нас во Христе. "Мои мысли - не ваши мысли". Радуйтесь!



+++
Мои мысли - не ваши мысли, ни ваши пути - пути Мои, говорит Господь.
Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше
мыслей ваших.
   Книга пророка Исаии 55:8-9



Когда на рубеже 19-20 веков российская цензура стала «не пропускать» в печать материалы об эволюции, появилась замечательная эпиграмма:


«Как творил сей мир Создатель,
Что считал Он боле кстати,
Знать не может председатель
Комитета по печати»


Человек, обретший веру, которую он считает истинной (и которая действительно может быть истинной), почему-то полагает, что он и самой истиной обладает, что он уже все знает и определяет, как Сам Бог. Ну, если не в одиночку, то в коллективе. Бог через пророка Исаию высказывается вполне однозначно: НЕТ! Он не такой, как мы, даже если мы сотворены по Его образу. Даже если мы выучили наизусть все, что Он сказал, мы не научились думать так, как Он. Поэтому совершенно бесполезны наши попытки построить свою модель поведения, исходя из того, «как бы поступил Иисус». Поэтому мы всегда будем нуждаться не в законе Божием и не в рассказах о Нем, а в Нем Самом, Живом Боге, Которого нельзя смоделировать.


http://www.bible-center.ru/note/20091123/main


+++
Впрочем, братия мои, радуйтесь о Господе. Писать вам о том


же для
меня не тягостно, а для вас назидательно.
   Послание к Филиппийцам 3:1



Вот что труднее всего в христианской жизни. Одна


христианка с очень большим стажем, говорит, что в своей


жизни почти не встречала радостных христиан. Почему так?


Ведь Евангелие — это Радостная Весть, весть о том, что Бог


есть любовь, что Он нас прощает, что Он с нами, что Он в


нас. Неужели этого нам мало, чтобы пребывать в радости?


Но эта радость оплачена очень дорогой ценой. Должны ли мы,


помня о Воскресении, забывать о Кресте? Можем ли мы


совоскресать с Христом, не сораспинаясь с ним? А это


означает постоянное соучастие в Его страданиях за грехи


мира, за наши грехи. Это значит сердце, вздрагивающее от


всякого проявления нелюбви и кровоточащее от беды, боли и


смерти вокруг нас. Какая уж тут радость?!


Вот поэтому апостол Павел и пишет: «Впрочем...» Он ведь


пишет это письмо не из дворца какого-нибудь, а из тюрьмы.


Он очень хорошо знает эту парадоксальность, это напряжение


христианской жизни, и все-таки считает, что радость


превозмогает, потому что Христос умер не напрасно. Он


победил смерть, Он искупил грехи мира, и наши — тоже.


http://www.bible-center.ru/note/20091124/main

+++
Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший
нас во Христе всяким духовным благословением в небесах, так как Он
избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны
пред Ним в любви.
   Послание к Ефесянам 1:3-4


За этим благословением апостола Павла стоит очень глубокое богословие. Падшая «адамова» человеческая природа не в состоянии вместить «всякое духовное благословение» от Бога, но Сын Божий, воплотившись, став Сыном Человеческим, несет в Себе иную, безгрешную, «Христову» человеческую природу, и поэтому именно в Нем Бог благословляет людей вечным («в небесах») благословением. Прежде создания мира Бог, замыслив человека как существо, обладающее свободой, предусмотрел на случай нашего грехопадения спасительный подвиг Христа во плоти пришедшего, так чтобы мы, соединяясь верой со Христом, становились причастными Его безгрешной природе и, следовательно, святыми и непорочными и исполненными любви. Тем самым, для нас, уверовавших в Его пришествие, в Его Рождество, к празднованию которого мы сейчас готовимся, оказывается открытым избранничество Божие, а первой из всего избранного человечества становится Та, Которая уверовала первой, — Пресвятая Богородица.
http://www.bible-center.ru/note/20091119/main



+++
   Иисус же, услышав это, сказал им: не здоровые имеют нужду во враче,
но больные, пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы?
Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию.
   Евангелие от Матфея 9:12-13


Эти слова — свидетельство величайшей милости Божией. Это мы, люди, рассуждаем о своих отношениях с Богом в терминах достоинства и недостоинства. Сам же Господь отлично знает, что мы из себя представляем, и именно к таким людям, именно к нам, Он и пришел. Не потому, что мы достойны Его милости и не потому, что можем воздать Ему что-то, но только потому, что мы нуждаемся в Нем.
Мы часто спрашиваем: «где Бог?», обижаясь на Него за то, что Он бросил нас в наших страданиях. Нет, Он нас не бросил, хотя мы ничем этого не заслужили. Но есть радикальное отличие того, что Он делает от того, что мы ждем от Него. Мы ожидаем, что Бог будет исправлять обстоятельства нашей жизни, чтобы все у нас было хорошо. Господь же говорит, что Он пришел призвать нас к покаянию, т.е. исправлять не обстоятельства жизни, а нас самих.
http://www.bible-center.ru/note/20091116/main

воскресенье, 22 ноября 2009 г.

Свои Богу. Небо отверсто. Жизнь - Христос, смерть - приобретение.

Итак вы уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои
Богу.
   Послание к Ефесянам 2:19


Апостол Павел в своих посланиях постоянно обращается к теме христианского универсализма. Серьезное и глубокое разделение людей на тех, кому принадлежит наследие веры избранного народа, и тех, кто чужд ему, преодолевается смертью Христа за всех людей. Апостол говорит далее, что для того, чтобы язычникам была открыта возможность войти в Церковь, войти в завет с Богом, совершилось особенное откровение тайны Христовой, данной апостолам и пророкам Духом Святым. Сегодня пришедшие в Церковь из «язычников», то есть не из Израиля, составляют абсолютное большинство в ней, и потому осознание величия этого дара притупилось.


Различия, возникшие между людьми в истории, преодолеваются в Церкви, и все делаются, по слову апостола, «не чужими и не пришельцами, но согражданами святым и своими Богу». Следовательно, сами эти различия имеют весьма относительную значимость. Между тем отношения между людьми в окружающем нас мире устроены так, как будто разделения людей на исторически сложившиеся группы существуют вечно и имеют непреходящую ценность.


Мы осознаем и постигаем свою личность в значительной степени через идентификацию себя с определенной типической группой людей. Так было всегда, от примитивных древних племен до сложного и многогранного современного общества. В сущности, апостол предлагает христианам иной путь самоидентификации: быть согражданами святым и своими Богу.


 http://www.bible-center.ru/note/20091121/main

+++

И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть
небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну
Человеческому.
   Евангелие от Иоанна 1:51


Эти слова, сказанные Господом Иисусом Христом Нафанаилу, означают, что «отныне», с момента прихода Христа в мир, происходит коренное изменение в мироздании. Грехопадение человека привело к тому, что небо стало закрыто для нас, между миром горним и миром дольним — пропасть. В видении Иакова (Быт. 28:12) эта пропасть перекрывается таинственной лестницей, по которой могут восходить и нисходить ангелы, но это — во сне, а наяву никакой лестницы нет, и явление ангелов в этом мире — событие исключительное. Традиционно христиане считали лестницу Иакова символом, прообразующим Пренепорочную Деву, через Которую проходит Христос.


Здесь же Господь Иисус говорит, что эта лестница стала реальностью, небо отверзается, и явление Божией воли и силы в земном мире становится нормой. Эта «лестница», «мост», соединяющий Бога и Его творение, — это Сам Христос, Богочеловек. Он — Сын Божий, сошедший с небес, Он же — Сын Человеческий, восходящий к Отцу, и когда Его восхождение (Вознесение) совершится, двустороннее движение между Небом и Землей будет открыто, и Дух Святой сойдет в Пятидесятницу на апостолов в этот мир, как в свою вотчину. Видение отверстого неба, действительно, даруется людям; его видят Иоанн Креститель во время Крещения Господня, трое апостолов во время Преображения, перводиакон Стефан перед казнью, апостол Павел во время молитвы, апостол Иоанн Богослов в Откровении и многие другие святые; возможно оно и для нас, но важнее то, что также говорит Господь Иисус: «Блаженны невидевшие и уверовавшие».



http://www.bible-center.ru/note/20091122/main


+++


   Ибо для меня жизнь - Христос, и смерть - приобретение.


   Послание к Филиппийцам 1:21


 


В этих словах апостола Павла выражается вся новизна, вся специфика христианского отношения к жизни и смерти. В самом деле, ведь то, как мы относимся к смерти, полностью определяется нашим отношением к жизни. Если для нас жизнь — это прежде всего наше биологическое существование, то мы за нее цепляемся изо всех сил, нашим богом становится здоровье, и ничего мы так не боимся, как смерти; этот страх смерти отравляет каждую секунду нашего бытия. Если для нас жизнь — это прежде всего духовное бытие, то тело становится для нас постоянным тормозом на пути, «темницей духа», и развоплощение, физическая смерть воспринимается как предельное благо, а здешняя телесная жизнь — как досадная и бессмысленная задержка.

Для христиан суть жизни — в соединении со Христом, которое осуществляется уже здесь и сейчас, но продолжается в неменьшей степени после физической смерти. Поэтому, с одной стороны, жизнь в этом мире не бессмысленна, и нет стремления поскорее с ней расстаться, а с другой стороны, нет и страха смерти. Более того, как Павел пишет в другом месте, здесь — это «как бы сквозь тусклое стекло», а потом — «лицом к лицу» (см.
1 Кор. 13:12), поэтому смерть — приобретение, но приобретение не такого уровня, ради которого надо обрывать все связи, отношения и служения, составляющие жизнь Христа в нашей здешней жизни. Тогда понятно, что когда мы болеем, мы молимся об исцелении и лечимся, но если приходит смерть, мы можем принять ее как «сестру» (по слову Франциска Ассизского).


 


http://www.bible-center.ru/note/20091120/main




+++



Церковь с паникадилами и хоругвями, но без Христа

«Слабость церкви в истории заключается именно в том, когда она христианскую веру предлагала в качестве идеологии, – говорит профессор духовной академии отец Георгий Митрофанов. – В церковь приходят люди, у которых отсутствуют какие-либо религиозные запросы. Но существуют разного рода психологические, эмоциональные, политические комплексы, которые они пытаются разрешить в церкви, как месте, где они могут обрести для себя новую тоталитарную идеологию, привычную, органичную, которая избавляет их от труда личной свободы, личной ответственности. Церковь пытаются превратить в тоталитарного монстра многие постсоветские неофиты...
&nbsp: Бездуховные, обездушенные христиане выступают в церкви как в последней цитадели тоталитарной идеологии, которая есть в нашей стране. И вот это и есть самый «двойник» церкви, в которой есть всё: и паникадила, хоругви, крестный ход, но нет Христа. Христос совершенно не востребован. Христос мешает. А место Христа занимают разного рода выдающиеся светские святые, связанные по преимуществу с государственной политической историей
Будет формироваться своеобразный «двойник» церкви, в котором привычный для многих наших современников тоталитарная идеология будет облекаться в форму христианской веры».

via http://www.liveinternet.ru/users/882488/post113873237

суббота, 21 ноября 2009 г.

Отцу

Наш луг - железом не скошен,
и вихрю сродни - покой.
Скачи, и хлопай в ладоши,
ликуй, и пляши, и пой!

Рассыпались где-то смерчи,
теплеет твоя ладонь.
Здесь светлые воды мечут
земля, облака, огонь.

Иль ты не понял спросонок
от света в зрачках твоих,
что нет среди моря лодок
и нет нигде неживых?..

18.05.2006

Metropolitan Anthony of Sourozh. ON CONFESSION.

Metropolitan Anthony of Sourozh
                      ON CONFESSION
                       2nd sermon
                   26th September 1999
                           ----


In the Name of the Father, the Son and the Holy Spirit. Amen.


I  have  been asked to give a couple of sermons on Confession. This is
my second sermon on the subject.


When  we  come to Confession we come to meet a friend face to face. We
are not coming to be judged and condemned. We do not come in terror of
what will happen. We come to the One who, being God, beyond suffering,
beyond  death,  has chosen, for the love of us, to become Man, to take
upon  Himself  all  our human destiny and to give His life for us. His
life, His death are to us evidence that we are so loved of God that we
can  come  up to Him whether we are good or bad with hope that He will
receive  us  with  open  arms;  that  if  anyone  is  to  cry over our
unworthiness  and  our  sins  it is Him, for compassion, for pity, for
love  - with a readiness, as He said in a vision to one of the saints,
that  if  there was only one sinner in the world He would again become
Man  and  again  die  for him, because He cannot endure the thought of
anyone perishing.


This  is  the  God,  the  Christ,  to  Whom  we  come  when we come to
Confession - to the One who is open to us with all His life and death;
One  who  waits  for  us  to  come to be healed, to be consoled, to be
supported - not to be condemned, not to be judged.


And  then, what is the role of the priest? In the prayer which is read
before  Confession  we  are  told,  'I am but a witness'. What does it
mean?  A  witness  to what? To the fact that you have come? That would
not  be  enough.  But  if  you  think of what witnesses are: there are
accidental,  occasional  witnesses. You are present in the street when
an  accident  takes  place.  You  are  asked: what did happen? You are
neither in favour of the ones or the others. You are just telling what
your eyes have seen. It's for others to judge and to know.


There are other forms of witness. At times a friend of ours is brought
to  judgement.  And we come to defend him, to testify for him, to save
him. That's another kind of witness.


And  then there is the witness which the Holy Gospel mentions speaking
of  St. John the Baptist: as the friend of the Bridegroom, the one who
comes  to  the  wedding, invited both by the bride and the bridegroom,
because  he is the nearest, the closest, to them both. And he is there
to  share  their joy, the miracle of their encounter, the miracle of a
blessing  that will come upon them and out of two make one, unite them
so  that they are inseparable for ever in the mystery of eternal love,
of divine love shared with them.


This  is  the  position  of  the  priest. He is called by Christ to be
before  the  person,  the  sinner,  a witness to the fact that he, the
sinner, is loved, that Christ is there, that He has no other desire or
intention  but  the  salvation  and the joy eternal of the one who has
come  today.  And  the  priest  comes  also  in the name of the sinner
saying:  Christ,  my  God,  our Lord, this person has sinned, yes, but
look,  he  trusts in You, he believes in You, we all love him with the
same love as You possess. We are prepared to give our lives for him to
be reconciled and find peace and joy and be at one with You, our Lord,
our God, our Saviour, our Lover.


When you come to Confession next time, think of these things. Think of
the way you come: not with fear of punishment or of rejection but with
open  heart  to  pour out everything evil or doubtful there is in this
heart.  And  Christ  will receive you. Your confession may be to Him a
new  crucifixion  but He accepts it. He doesn't reject it. He does not
reject  you. Come, open your heart, speak in all truth to Him, knowing
that  you  are  loved  beyond judgement, to the point of sacrifice and
death: His death, and your life - life in time and life eternal. Amen.


                           ----


 * All texts are copyright: Estate of Metropolitan Anthony of Sourozh


           Metropolitan Anthony of  Sourozh Library
                   http://www.mitras.ru/eng/



четверг, 19 ноября 2009 г.

Мартирия

Ибо для меня жизнь - Христос, и смерть - приобретение.
   Послание к Филиппийцам 1:21

Совершил мартирию Даниил пресвитер...

Христос барозу!
Воитину воскрес!


http://www.liveinternet.ru/users/dmpershin/post114886284/

Его ЖЖ с последней записью :
http://pr-daniil.livejournal.com/56054.html

У свидетеля Христова остались жена и трое дочерей.

вторник, 17 ноября 2009 г.

Слишком хорошо, чтобы стать правдой.

http://www.pravmir.ru/patriarx-kirill-nelzya-kulturu-protivopostavlyat-blagochestiyu-a-veru-obrazovaniyu/

Кстати, в СПбДАиС один преподаватель вел и греческий, и латынь. Так вот, на его уроке некий семинарист проснулся и спросил (получилось громко со сна) "А что у нас сейчас? Латынь или греческий?

А другой выпускник-заочник семинарии, иерей, с гордастью говорил: "Я - священник-практик" (повторяя слово в слово слова другого выпускника-заочника, который уже вот более 20 лет служит).

Впрочем, это в СПбДАиС такие сложные слова знают. А в Псковской аль Воронежской семинарии таких слов не знают, и священник-практик - это единственный идеал.

И, как мне кажется, ничего изменить нельзя. "Какую партию не начинай, все получается КПСС". Только если радикально, по Маяковскому - "Америку закрыл, слегка почистил, птом опять открыл, вторично".
игумен Петр (Мещеринов) писал о привлечении опытв западных духовных школ и повторения опыта Славяно-греко-латинской Академии. Мне кажется, он нащупал выход из маразма ДШ.

суббота, 14 ноября 2009 г.

Плод правды..."Наименьший"- eskhatos...Забота о других

Плод же правды в мире сеется у тех, которые хранят мир.


   Послание Иакова 3:18 


 


Послание Иакова содержит много таких глубоких изречений, афоризмов, в которые нужно вдумываться. «Плод... сеется»: то есть речь идет о самом начале действия правды, об условиях, в которых правда может начать действовать. «Правда» — это и «праведность», и «справедливость», и «правота». Как для нас, людей, естественно бороться, даже драться, за то, чтобы доказать свою правоту, за то, чтобы добиться того, что мы считаем справедливостью! И вот Писание нас осаживает: правда действует только через тех, кто хранит мир. Мир — это не просто отсутствие войны, ненависти, драки, мир — это очень позитивное состояние мыслей, чувств, отношений, обретающих гармонию, равновесие — в опоре на постоянную и неизменную любовь Божию.


http://www.bible-center.ru/note/20091113/main

+++


И, сев, призвал двенадцать и сказал им: кто хочет быть первым, будь


из всех последним и всем слугою.


   Евангелие от Марка 9:35


 


 


Эти слова — одно из самых трудных и, в то же время, самых практически значимых высказываний Господа Иисуса Христа. Практичность его заключается в том, что эти слова дают нам возможность преобразить свойственную нам гордыню и жажду почета в нечто, что не являлось бы грехом. В самом деле, коль скоро человеку уж так хочется быть лучше других, почему бы не попробовать превзойти этих «других» на том пути, который указывает Господь Иисус? А это путь служения, путь отказа от собственной славы и почета ради блага ближних. В сущности, это очень определенный путь. Трудность же в том, что человеческой решимости на это обычно не хватает, и мы нуждаемся для этого в благодатной помощи Христа.


Существенно также вслушаться, что же в точности имеет в виду Господь. Достаточно точный, Синодальный перевод не передает некоторых смысловых оттенков. Передавая слова Христа «будь из всех последний», евангелист Марк употребляет греческое слово eskhatos. Главным образом, оно означает «последний» в смысле «наименьший» («менший», передает это слово славянская Библия), «наименее почтенный», «наименее значимый». Однако у него есть и другие значения, наиболее важное из которых — «крайний». Это слово приобрело в нашем современном языке жаргонный характер, но именно этот его смысл важен для нас. «Крайний» — тот, кто несет на себе последствия чужих поступков, кто становится жертвой за других. Именно этот смысл приложим к Господу Иисусу, Который, по Его собственному слову, «пришел послужить и отдать душу Свою для искупления многих», как запишет Марк в следующей главе (Мк. 10:45).


И здесь совпадают еще два важных корня, в словах «слуга» и «послужить» (в греческом — diakonos). Господь говорит, таким образом, «кто хочет быть первым, подражай Мне». «Кто Мне служит, Мне да последует», дополняет эту мысль евангелист Иоанн (Ин. 12:26). В этом служении другим, в принятии положения «крайнего» и наименее почитаемого, мы и следуем за Христом, и служим Ему.


http://www.bible-center.ru/note/20091114/main


+++


Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других. Ибо в вас


должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе.


   Послание к Филиппийцам 2:4-5


 


Именно эти слова, с которых апостол Павел начинает говорить об умалении Сына Божьего, выражают суть того, что такое «жизнь по Евангелию». На первый взгляд, может показаться, что это очень просто и, скажем так, приземленно. Но апостол говорит, что это путь, которым мы следуем за Самим Христом, путь умаления. Смысл и содержание жизни, оказывается, заключаются в том, чтобы отдавать. Не приобретать, не копить и не использовать себе на пользу, а отдавать те дары, которыми наделил тебя Сам Бог.


И еще очень важно обратить внимание на слово, которое употребляет апостол. Оно очень точно переведено в русском Синодальном переводе и говорит о постоянной заботе. Это не просто подать милостыню или уделить кому-то минуту, свободную от более важных дел. Заботиться о других постоянно, трудиться для них и так же умалять себя, как это сделал ради нас Христос. Удивительно, но на практике только это дает радость, которую никто и ничто не может отнять.


http://www.bible-center.ru/note/20091115/main


 

послание Ефесянам апостола Павла

Еще сайт с работами проф.архим. Ианнуария (Ивлиева)
http://www.spbda.ru/taxonomy/term/324

Например, комментарий на Послание к Ефесянам:
(отрывок)
 Экклезиология.

 Святые. Апостол Павел часто обращается к своим адресатам, называя их «святыми» (1. 1). Это обращение заимствовано из Ветхого Завета, где так именуется Израиль как целое. Соответственно и в посланиях Апостола Павла это имя прилагательное никогда не встречается в единственном числе, применительно к отдельному христианину. «Святые» – это святой народ Божий. Святыми ефесские христиане именуются, во-первых, в молитвах. Апостол благодарит Бога за славу, какой Он наделил Свой народ, уделив ему богатое наследство, «богатство славного наследия Его для святых» (1. 18). Великое преимущество быть среди святых подчеркнуто также в напоминании о языческом прошлом ефесских христиан в контрасте к их настоящему. Прежде они были бездомными странниками, не чужаками для Израиля. Ныне они «уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу» (2. 18), то есть народ Божий. Во-вторых, святыми христиане называются в увещательной части послания. Их целью является состояние нравственного совершенства, к которому их ведут поставленные Христом служители Его Слова: «И Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых» (4. 11-12). Напоминание о статусе святых служит также мотивации достойного поведения: «блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас, как прилично святым» (5, 3). В-третьих, слово «святые» употребляется там, где необходимо подчеркнуть принадлежность местной христианской общины к широкому Церковному контексту. Говорится «о любви ко всем святым» (1. 15), о постижении «со всеми святыми, что широта и долгота, и глубина и высота…» (3. 18), о молитве за всех святых (6. 18).


   Церковь. Само слово ekklesia используется в послании к Ефесянам очень часто. В греческом языке это слово означает «собрание», но в LXX оно переводит еврейское qahal, обозначающее народ Завета, собрание Израиля перед Господом. Хотя Апостол Павел иногда и раньше иногда использовал слово Церковь применительно к христианству в целом, Послание к Ефесянам в этом отношении сделало решающий шаг. Здесь Церковь – не местная, но всегда только универсальная Церковь, более того, космическая Церковь. Слово «Церковь» встречается в послании девять раз. Первый раз – в конце молитвы благодарения. Здесь подчеркивается высокое положение читателей послания, ибо они принадлежат Церкви, главою которой является Христос, поставленный над всем космосом: «все покорил под ноги Его, и поставил Его выше всего, главою Церкви» (1. 22). Далее говорится о той высокой роли, которая отведена Церкви в откровении тайны Божественного замысла о космосе, «дабы ныне соделалась известною через Церковь начальствам и властям на небесах многоразличная премудрость Божия» (3. 10). Молитвенная часть послания, составляющая его первую половину, завершается славословием, единственным во всем Новом Завете, в котором упоминается Церковь, прославляющая Бога: «Тому слава в Церкви во Христе Иисусе во все роды, от века до века. Аминь» (3. 21). Здесь Церковь представлена как та часть человечества, само существование которой служит славе Бога. Все остальные упоминания Церкви соединены в увещании, где Церковь в ее отношении с Христом представлена как прототип для отношений супругов в браке: «муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви» и далее (5. 23,24,25,27,29,32).


   Новое творение. Церковь, частью которой должны сознавать себя читатели, рассматривается как новое творение Бога через Иисуса Христа, созданное для добрых дел: «Ибо мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (2. 10). Призывая к добрым делам в увещательной чпсти послания, Апостол снова напоминает христианам о необходимости «отложить прежний образ жизни ветхого человека … и облечься в нового человека, созданного по Богу» (4. 22-24). Но наиболее важным в послании является функция символа нового человека – его использование для выражения корпоративного аспекта христианства и его единства. Церковь, к которой теперь принадлежат читатели-языкохристиане, – «один новый человек», который создал Христос Своею крестной смертью в Самом Себе, «упразднив вражду Плотию Своею, а Закон заповедей учением, дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека, устрояя мир» (2. 15). Это новое человечество объемлется личностью Иисуса Христа. Здесь можно вспомнить те места из других посланий Апостола Павла, где развивается параллель ветхого и нового Адама (1 Кор 15. 22, 45-49 и проч.). Церковь – новое творение, которое заступает на место ветхого разделенного человечества. Новый человек – не просто механическое соединение старых элементов. В нем преодолеваются прежние этнические и религиозные категории. Церковь – новое единство, в котором упраздняется фундаментальное деление мира старого мира, и которое по своей природе воплощает в себе сам принцип единства.



"Крайнее желание" мученика.

Сегодня, в день памяти бессребренников и чудотворцев Космы и Дамиана Асийских, помещаю в ЖЖ отрывочек из моего "неразобранного".
http://days.pravoslavie.ru/Days/20091101.htm


Наброски. Пантолеон-Пантелеимон и "крайнее (предельное, высшее) желание" мученика, желание христианина.


Почему Пантолеон и другие врачи-мученики. так стремятся к смерти? Почему не продолжают свою благотворительную деятельность? Обратимся к примеру Того, чье Имя по смерти получил Панталеон.
 Сам IХ к Своему Кресту стремится ( «крещением должен Я креститься, и как Я томлюсь, пока сие совершится»;»подобает Сыну Человеческому быть предану в руки человеческие»;«желанием возжелех ясти Пасху сию»), а чудеса Его словно иссякают (особенно это ярко видно в Евангелии от Марка – «история Страстей с подробным вступлением») – почему и Он не задерживается, чудотворя?
 Не дает ли Он нечто лучшее, превосходящее наши ожидания добра? А для того, чтобы Ему верили, что Он принес именно Божественное, необычное, не человеческое ( Я – Бог, а не человек – у пророков (Осия)( Я не войду в город) в земном, преходящем плане, а именно НЕПРЕХОДЯЩЕЕ благо для человека. Вспомним, что больной для ветхозаветной культуры (Лев. 21)– отверженный Богом, Бог явно показывает, что он ему неугоден. Особенно остро это просматривается в Ев от Иоанна, в истории со слепорожденным. Для задающих вопрос проблема страдания не стоит остро – стоит вопрос, КТО согрешил. Возмущение начальника синагоги, - что приходят в субботу исцеляться, нарушают субботний покой и нормы ритуальной чистоты. Кровоточивая жена, прокаженный, бесноватые. Такое исцеление, о каком не слышали и какое невероятно, Он творит знамения – чудеса, исцеляя безнадежно больных – не всех, но кто узнает – пусть с трудом – в Нем Мессию, так непохожего на Мессию антиримской пропаганды.
 Именно смерть на Кресте, венчающая Его трудную, полную лишений, скитальческую жизнь,  - безнадежная, проклятая, отверженная Богом смерть, ведет к парадоксальному, коренному, невозможному изменению человеческой природы Христа – Он воскресает, воссиявает, из мертвых, и над Ним уже ничто не властно – Сам Бог, которого называли IHWH, является в воскресшей плоти Человека. Вот – коренное исцеление человеческой природы, дарованное Богом в Сыне Своем нам, вот чего мы причащаемся в  Страшных и Животворящих Таинствах.
 Правильным ли будет такой крен на поиск непременного «укрепления и поправления здоровья», за пределами церкви это желание ведет к колдунам, экстрасенсам, и попросту шарлатанам. У церковных людей наблюдается крен в сторону поиска «православного» снадобья от недуг сопровождаемое страхом обычных медицинских методов лечения. Церковь воспринимаеется как «аптека» , причем в прямом, бытовом смысле. Никодим Святогорец высмеивает такую тягу к сохранению здоровья в подвижнике – женоподобно это все и для мужчины непристойно. Христианин, ставящий здоровье превыше всего, мерилом всех вещей, забывает о Кресте Своего Господа, у Которого были другие цели в жизни.
 Допустимо ли такое поведение перед лицом Распятого Господа, который желает «дать нам нечто лучшее»? Допустимо ли искать в Чаше Его Крови снадобье? Или все-таки пересмотреть иерархию ценностей, и понять – что нам важнее – использовать «для здоровья» все, в т.ч. – это ужасно звучит – и смерть Христа, и становиться потребителями, или разделять Его Крест и воскресение, учась в своих страданиях Его мужеству, Его тайне, приобщаясь к Его Воскресению – приходить к Чаше не ради снадобья, а ради Его Самого.


Пантелеимон и другие мученики ищут не смерти как таковой - ищут Христа в смерти, идут за Ним туда, куда Он двинулся с высочайшего своего престола Славы - вниз, вниз, вниз - до небытия. С мертвыми стал как мертвый, чтобы приоюрести мертвых.И они разделили Его смерть. Не смерти они ищут, но Умершего за них, давшего Сеья убить за жизнь мира. И с ним они умирают - "за жизнь мира".Совершенная Евхаристия осуществляется в жизни мучеников...И чудеса свидетельствуют о преображении мира дольнего в мир грядущий, в мир Славы Бога во Христе.
+++



Сострадательная помощь друг другу -  это та первая ступень, которая ведет к чудесам исцеления, чудесам, творимым Христом в нас.
Иначе мы превращаемся в ту жестокую толпу «чающих движения воды», среди которых за 38 лет не нашлось ни одного, имевшего достаточно человеческого достоинства, чтобы помочь парализованному спустится в воды. Наоборот, его отталкивали, чтобы влезть «прежде» и поправить СВОЕ ДРАГОЦЕННОЕ ЗДОРОВЬЕ (Ин.5,2-16). «Хочешь ли быть здоров?» - «Да, господин»! но не имею человека, который бы опустил бы меня в купальню» (Ин 5,6-7). Один настоящий человек  нашелся за всю историю – Человек Иисус Христос .


Забота о здоровье должна занять свое место в иерархии ценностей – ведь мы же ставим что-то выше сохранения собственного здоровья – например, когда стоит вопрос о выборе: жизнь своего ребенка или свое здоровье.
Невнимание к обращенному на нас Лику Христа Воскресшего, Христа, Который навсегда по слову о. Георгия Флоровского «знаменован Крестной смертью» влечет за собой невнимание к окружающим нас страдальцам. В битве за здоровье можно потерять человеческий облик, как это случилось с больными из Вифезды. Никто там больше не встретил Христа, никого Он там больше не исцелил…



пятница, 13 ноября 2009 г.

Metropolitan Anthony of Sourozh. ON CONFESSION

 Metropolitan Anthony of Sourozh
                    ON CONFESSION
                     1st sermon
                  12th September 1999
                           ----


In the Name of the Father, Son and Holy Spirit. Amen.


I was asked to give a certain number of sermons on Confession; because
many come to Confession and repeat only things which they have read in
manuals  of devotion or which other people have told them about. And I
would  like  to  start  where  I  start  with a child and attract your
attention to the fact that our situation is the same.


When a child comes to Confession, usually he brings either on paper or
by  memory  a  long  list,  or  a short list, of sins. And when he has
finished,  I always say, ▒Are these things which break your heart? Are
these  things  which  you  feel  are  wrong in you? Did you invent for
yourself this confession?▓ And most of the time the answer is, ▒No, my
mother  gave  me this list because that makes her cross!▓ After that I
usually  have  a conversation with the mother. But as far as the child
is concerned, it has nothing to do with him, it is not his confession.
It  is  the  judgement which the parents have established, accusations
against  him.  And  the  same could be asked about grown-up people who
come with lists of sins which they have found in manuals, or been told
to  consider  by their spiritual fathers. And the answer is always the
same:  it  is  not  my  confession,  yet it is a challenge which I was
given.


And  then,  the  next  move,  indeed,  is to ask, ▒What do you know of
Christ? Does He attract you? Do you like Him? Does He mean anything to
you?  And  the  answer  is varied. Some say, ▒No, I know Him from afar
off,  I  know Him from the Church, from what I was taught, but I never
had  a  personal attitude to Him.▓ Then the answer is, ▒Find out. Read
the Gospel and try to find out what Christ is like.▓


And  the  next  move: ask yourself, ▒Do I like Him? Would I wish to be
His  disciple,  His friend? If the answer is ▒no▓, then begin to think
about  your  whole  situation, because if Christ means nothing, if you
dislike  Him, if He is no image of what you would like to be, then you
must  start  a  long,  long way away. But if you can say, ▒Yes! I like
Him,  I can respect Him, I can admire Him. Yes, I would like to be His
personal  friend  if  He was here,▓ then my next question will be, ▒Do
you know what friendship is?▓


Friendship  consists  most  of  all  in choosing someone among all the
people  to  be to you the one you treasure above all, whom you admire,
by whom you are prepared to stand in case of danger or unpleasantness;
one to whom you wish to give joy.


Ask  yourself these questions with regard to Christ; and ask yourself,
in  what  way  have you tried in the past week to give some joy to the
Lord  Jesus  Christ,  or  in what way have you been for Him a cause of
pain. ▒I have loved him to the point of giving My life and My death to
him and he does not care at all. Not for My suffering or My death, but
for Me▓.


If  that  is  the conclusion, begin to re-examine all your status as a
Christian.  If  you can say, ▒yes, I choose Him as a friend,▓ begin to
ask  yourself  every  day, every day: what have I done, said, thought,
felt, been, which can be to Him a joy or a pain?


And  when  you  will come to Confession that is what you must bring to
Confession; between the last Confession and today▓s Confession this is
what  I  have  been:  an  unfaithful  friend, an indifferent friend, a
cowardly  friend,  or  on  the  contrary, no, I have chosen Him for my
friend and I stood by Him . . .


Think in those terms; and we will see in the following sermons of mine
what  else we can think and do, and prepare, to pronounce a Confession
that  will  be  your  own; the truth, the rock bottom of your life and
heart, the truth about your relationship with Christ. Amen.
                           ----


 


           Metropolitan Anthony of  Sourozh Library
                   http://www.mitras.ru/eng/

четверг, 12 ноября 2009 г.

Сенека. "О благодеяниях".

Друзья, никто не поможет отыскать этот трактат на русском языке? Луций Анней Сенека. О благодеяниях (De beneficiis), кн. IV, гл. 18 


Он входит в эту книгу:
 Римские стоики. Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий. М., 1995.
Спасибо за помощь!
О. Дж.



кому меньше прощается - меньше любит... Бог Спаситель - воды не потопят...Свет во Христе.

А потому сказываю тебе: прощаются грехи её многие за то, что она
возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит.
   Евангелие от Луки 7:47



Если бы нам надо было высказать похожую мысль, вряд ли мы бы построили фразу таким образом. Наверное, мы бы сказали: «Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кто мало любит, тому мало прощается». И все было бы понятно и однозначно. Насколько же глубже то, что говорит Иисус!


Во-первых, Его фраза наталкивает на мысль: «Если я ощущаю, что мне мало прощается, то это значит, по-видимому, что я мало люблю». То есть если я считаю, что мои грехи маленькие, то это просто по недостатку моей любви к Богу.


А во-вторых, тут появляется нечто большее. Прощенный человек становится способным к большей любви, большая любовь открывает дорогу к большему прощению, а оттуда — к еще большей любви, и так далее, и так далее. То, что нами обычно воспринимается как акт прощения, познается как процесс, взращивающий в нас любовь.


http://www.bible-center.ru/note/20091108/main


+++


Будешь ли переходить через воды, Я с тобою,- через реки ли, они не


потопят тебя; пойдешь ли через огонь, не обожжешься, и пламя не опалит


тебя. Ибо Я Господь, Бог твой, Святый Израилев, Спаситель твой; в выкуп


за тебя отдал Египет, Ефиопию и Савею за тебя.


   Книга пророка Исаии 43:2-3 


 


Когда весь мир находится в неуверенности, как для нас желанно такое Божье обетование. Но разве оно обращено к нам? А если да, то как? Подобные слова Бог уже говорил Моисею, когда посылал его вывести народ Израильский из Египта. А теперь через пророка Исаию Бог повторяет: «Я с тобою», — потому что Он призывает Свой народ выйти из вавилонского плена. В обоих случаях Бог обещает Свою защиту на предстоящем пути, и это важно, так как по представлениям древних у каждого бога — свой ареал обитания, своя земля, где он полновластен. А этот Бог, Бог завета, заявляет о Своей власти над Египтом и Вавилоном и по всему пути до земли обетованной. И, как мы знаем, в тех конкретных исторических обстоятельствах эти обещания исполнились. Для нас теперь эти слова «Я с тобой» — не новость. Бог ведь вездесущ. Но Он обещает не просто присутствие, а защиту. А здесь как-то не все ясно. Конечно, есть множество свидетельств о том, как Бог спасал, защищал, отвечал на молитвы, — все мы слышали такие истории. Но разве люди в башнях-близнецах или в направленных на них самолетах не молились? Или Бог лучше слышит молитвы фанатиков-камикадзе? Опять мы, считая высшей ценностью сохранение того порядка вещей, к которому привыкли, начинаем ждать от Бога исполнения роли полицейского, обеспечивающего этот порядок. Но Бог опять нас призывает к новому исходу, исходу из самого страшного рабства — рабства греху, исходу из самого страшного плена — плена ада, из того царства зла, в котором смерть естественней, чем жизнь. И на пути этого исхода — с нами Спаситель, проводящий нас через воды бездны и огонь геенны.


http://www.bible-center.ru/note/20091111/main



+++


Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы


просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа.


   Второе Послание к Коринфянам 4:6


 


Эти слова апостола Павла, продолжая то, что говорится о Свете Христовом в Евангелиях, открывают нам суть и смысл Нового завета. Именно поэтому он такой Новый, такой неожиданный и удивительный для людей.


Новый Завет — не тайное учение, проникнуть в которое дано лишь избранным. Он и не замкнутый клан, отторгающий чужаков. Новый завет — не список требований, устанавливающий шкалу добра и зла исходя из глубины человеческого падения. Новый Завет — не идеология, формирующая душу и разум своих приверженцев. Он даже и не образ жизни, предлагающий получение одних плодов в обмен на отказ от других.


Это свет, засиявший, как молния, от края неба до края. Свет, в котором все видно: истина и ложь, добро и зло, жизнь и смерть. Свет, засиявший в лице Иисуса Христа. Не то, чтобы во мраке было хуже жить — темно, страшно и холодно. Практика показывает, что вне этого света жизнь просто невозможна.


 



Оливье Клеман. Истоки.

 


Уже в этой жизни, пасхально восставая из Смерти, куда он добровольно погружается, монах осознает свое воскресение в Воскресшем. Дух рождает в нем тело славы. «Всякое тело преображается и оказывается во власти Духа Святого; и я думаю, что с Ним согласна всякая часть того духовного тела, каким станет оно после воскресения праведных» (Антоний Великий, Письмо 1, 4). Преображенный монах становится священником мира, вновь обретающего вокруг него изначальную прозрачность. Чудо являет эту метаморфозу, это преодоление искаженной грехом модальности времени, пространства, материи. Но главное для христианскою монаха — не чудо; главное — любовь. Монах, воссоединяя себя (таков, по-видимому, изначальный смысл слова monachos: воссоединенный), открывается троичной Божественной полноте и обнаруживает свое онтологическое единство со всеми людьми. Молитва его заключает в себе все человечество. Само его присутствие защищает и умиротворяет весь мир. В Апофтегмах величайшими духовными дарами совершенного монаха названы Rhema kai Dynamis: «слово», различающее духов и пробуждающее сердца, и «сила» исцеления. Здесь ощущается атмосфера самого Евангелия: и толпы людей стекались к наделенному даром освобождающей любви монаху, подобно тому, как стекались они к Иисусу.

http://www.krotov.info/acts/05/antolog/kleman_0.html



суббота, 7 ноября 2009 г.

я не верю в Бога, который... (Хуан Ариас)

Callelunga http://callelunga.livejournal.com/ перевела замечательный текст :


Да, я никогда не поверю :


в Бога, который «застает врасплох» человека, по слабости своей впадающего в грех



в Бога, который осуждает материю



в Бога, который неспособен дать ответ на мучительные вопросы человека искреннего и честного, который со слезами произносит : «я не могу»


 
в Бога, который любит боль


в Бога, который включает красный свет на человеческие радости


 


в Бога, который осушает разум человека


в Бога, который благословляет каинов наших дней

в Бога волшебника и колдуна


 


в Бога, который заставляет себя бояться


в Бога, который не позволяет обращаться к себе на ты.

в Бога-дедушку, которым можно злоупотреблять.


 


в Бога, который  отдает себя в монополию одной Церкви, одной нации, одной культуры, одной касты.


в Бога, которому не нужен человек.


В Бога лотереи, в которую можно выиграть только случайно.

В Бога-арбитра, который судит с готовым регламентом в руке.


В Бога одиночества.


в Бога, неспособного улыбнуться, глядя на шалости и проделки людей.



в Бога, который «играет» в людей, чтобы осудить их.



в Бога, который «отправляет» в ад.


 


в Бога, который не умеет ждать.


 
в Бога, который всегда требует «пятерки» на всех экзаменах и испытаниях.



в Бога, которого можно объяснить философией.



в Бога, которому поклоняются те, кто осуждает человека.


 


в Бога, неспособного любить того, кого многие презирают.


 


в Бога, который неспособен простить многое, что люди осуждают.


 


в Бога, неспособного искупить горе и лишения.


в Бога, неспособного понять, что «дети» любят разводить грязь, что они забывчивы и рассеянны.


 


в Бога, который  не дает человеку расти, покорять новое, меняться, перерастать самого себя, чтобы сделаться «почти Богом».


 


в Бога, который требует от человека отречься из-за своей веры от всего человеческого.

в Бога, который отвергает приглашение разделить с нами наши праздники и человеческие радости.


 


в Бога, которого понимают только взрослые, мудрые и состоявшиеся.


 


в Бога, которого не боятся богатые, в чьи двери стучатся голод и нищета.  



в Бога, которого могут принять и понять эгоисты.



в Бога, почитаемого теми, кто ходит в церковь и продолжает при этом красть и злословить.


 


в стерильного Бога, разработанного в научном кабинете теологов и догматиков.


 
в Бога, который не умеет явить хоть частичку своей доброты там, где трепещет любовь, пусть даже и ошибочная.


 


в Бога, которому люба милостыня неправедных


 


в Бога, для которого равно грешно радоваться при виде двух прекрасных ножек, отвлекаться от молитвы, клеветать на ближнего, красть зарплату рабочего и злоупотреблять властью.

в Бога, который осуждает чувственность


 


В Бога «ты мне за это дорого заплатишь!»

в Бога, который иногда сожалеет, что подарил человеку свободу.



в Бога, который предпочитает несправедливость беспорядку.


в Бога, который довольствуется коленопреклонением вместо труда.


в Бога, который молчит в истории и равнодушен к вопросам, тревожащим страдающее человечество.



в Бога, которому нужны души, а не люди.  


 


в Бога анестезии, для которого обновление земли и надежда ценны лишь для будущей жизни.


в Бога, который творит себе учеников, которые раздают свои задания по миру и равнодушны к личной истории  каждого из своих братьев.


 


в Бога тех, кто думает, что любит Бога, потому что не любит никого.


 


в Бога, которого защищают те, кто не пачкает рук, не подходит к окну и никогда не бросается ни в огонь, ни в воду.


в Бога, которому дороги те, кто всегда говорит: «все в порядке».


 
в Бога, тех, кто требуют от священника, чтобы он кропил святой водой белые надгробия их грязных махинаций.


 


в Бога, которого проповедуют те священники, которые думают, что ад набит битком, а небеса почти пусты.  


в Бога священников, которые убеждены, что можно критиковать все и вся, кроме них самих.  


в Бога, который оправдывает войну.


 


в Бога, который ставит закон выше совести.


 


в Бога, который поддерживает статичную, костную, неподвижную церковь, неспособную  каяться, совершенствоваться и развиваться.



в Бога священников у которых на все есть готовый ответ.


 


в Бога, который отказывает человеку в свободе грешить.



в Бога, который не предает анафеме новых фарисеев нашей истории.


 


в Бога, который  не умеет простить немного наших грехов.



в Бога, который предпочитает богатых.


 


в Бога, который «наказывает» раком, «насылает» лейкемию, который «делает» женщину неплодной, который «забирает» отца семейства, бросая пять человеческих существ в отчаяние и нищету.  


 


в Бога, которому можно молиться только на коленях  и которого можно встретить только в церкви.


В Бога, который принимает и одобряет все, что говорят о Нем теологи.


в Бога, который не спасет тех, кто его не узнал, но кто его желал и искал.  



в Бога, который «отправляет» в ад после первого греха.



в Бога, который не дает человеку возможности себя осудить.



в Бога, для которого человек не мера всего творения.  



в Бога, который не идет навстречу тому, кто его оставил.



в Бога, неспособного обновить все сущее.


 


в Бога, у которого для каждого не найдется личного, отдельного, непохожего слова.


 


в Бога, который не идет навстречу тому, кто его оставил.


 


в Бога, который не есть свет.


 


в Бога, который предпочитает чистоту любви


 


в Бога, который остается равнодушным при виде цветка.


 


в Бога, который не может открыться в глазах ребенка, прекрасной женщины или плачущей матери.


 


в Бога, который не присутствует в человеческой любви.


 


в Бога, который сливается с политикой.


 


в Бога тех, кто молится, чтобы другие в это время работали.


 


в Бога, которому нельзя молиться на пляже.



в Бога, который хоть иногда не открывается тому, кто его ищет.


в Бога, который уничтожает, а не преображает то, что любит человек.


 


в Бога, в котором нет тайны и который бы не был больше нас.


 


в Бога, который, чтобы сделать нас счастливыми предлагает нам счастье, отделенное от нашей человеческой натуры.


в Бога, который уничтожает нашу плоть, а не воскрешает ее.


в Бога, для которого люди ценны не сами по себе, а  в зависимости от того, что они представляют или что имеют.



в Бога, которому друг тот, кто проходит по земле, никого не сделав счастливым.


 


в Бога, который щедр как солнце, которое греет все, к чему прикасается – будь то цветы или навоз. 


 


в Бога, неспособного обожествить человека, отведя ему место за своим столом и делая его своим наследником.  


в Бога, который не может дать нам тот рай, в котором мы все почувствуем себя братьями и в котором свет исходит не только от солнца и от звезд, но прежде всего от людской любви.


 


в Бога, который не есть любовь и который не превращает в любовь все, к чему прикасается.


 


в Бога, который обнимая человека на земле не может передать ему вкус, радость, восторг и нежность, рожденные от соединения всей любви человечества.


 


в Бога, который неспособен влюбить человека.



в Бога, который не  сделался человеком со всеми вытекающими последствиями.


 


в Бога, который не был рожден от утробы женщины.


 


в Бога, который не подарил человечеству свою мать.


 


в Бога, на которого я не могу надеяться вопреки всякой надежде.


 


Да, мой Бог – это другой Бог.



..................................................................................................


Мой Бог – это не суровый непроницаемый бог


бесчувственный, невозмутимый стоик.


Мой Бог хрупок.


Мы с Ним одной породы:


Он – моей,


а я – Его. 


Он человек, а я почти Бог.


Чтобы я мог вкусить божественное,


Он полюбил мою слякоть.


Любовь сделала хрупким моего Бога.


Мой Бог хотел есть и спать. Мой Бог отдыхал.
Мой Бог был внимательным.


Мой Бог раздражался, был пристрастным
и был нежным, как ребенок.


Мой Бог был вскормлен матерью


и через нее впитал всю нежность женского начала.
Мой Бог дрожал перед смертью.


Он никогда не любил боль, никогда не был другом


Недуга. Поэтому Он исцелял увечных.


Мой Бог пережил изгнание,


Его преследовали и Ему рукоплескали.


Он любил все человеческое, мой Бог:


Вещи и людей, хлеб и женщину,


праведников и грешников.


Мой Бог был человеком своего времени.
Он одевался, как его современники,


говорил на диалекте своей земли,


работал своими руками,


кричал как пророки.


Мой Бог был слабым со слабыми


и был надменен с надменными.


Он умер молодым, потому что был искренен.


Его убили, потому что в его глазах была истина.
Мой Бог умер без ненависти.


Он умер, прежде всего, извиняя и оправдывая,


а затем уже прощая.


Мой Бог хрупок.


Мой Бог порвал со старой моралью:


зуб за зуб,


с мелочной местью,
чтобы открыть новые горизонты силы любви.


Моего Бога швыряли оземь --


раздавленный, преданный, оставленный и непонятый,


Он продолжал любить.


Поэтому мой Бог победил смерть.


Поэтому в его руках новый плод  Воскресения.


Поэтому и все мы на пути к Воскресению –


Люди и вещи.


Многим труден этот мой хрупкий Бог.


Мой Бог, который плачет,


мой Бог, который не защищается.


Он труден, этот мой Бог, оставленный Богом.


Мой Бог, который должен умереть, чтоб восторжествовать


Мой Бог, который сделал вора и преступника


Первым святым своей Церкви.


Мой молодой Бог, который умирает


По политическому обвинению.


Мой Бог, священник и пророк,
Который подвергается унизительной смерти -


Первым за историю всех инквизиций.


Да, он труден, мой хрупкий друг жизни.


Мой Бог, который был искушаем,


Мой Бог, на лбу которого выступал кровавый пот,


Прежде, чем он принял волю Отца.


Он труден этот мой Бог,


этот мой хрупкий Бог


для тех, кто думает, что


торжествовать можно, только побеждая,


а защищаться – убивая.
Для тех, для кого спасение – это усилие, а не подарок,


для тех, кто считает все человеческое грехом,


для тех, для кого святой – это стоик,


а Христос – ангел.


Он труден мой Хрупкий Бог


Для тех, кто все еще мечтает о Боге,


Непохожем на людей.


 




(перевод с итал. К.Марголис)
http://www.damian.ru/new_statii/JUAN_ARIAS_rus.htm